— Мико, что это за аппарат?
Мико: Не могу идентифицировать. Самодельная модификация на основе ховербайка .
Аппарат действительно походил на ховербайки — узкая, вытянутая остроносая торпеда со стреловидной задней частью, в которой виднелись округлые отверстия тоннельных винтов. Тара пригнулась и вцепилась в руль, представляющий собой рогатку с двумя ручками, прячась за прозрачным защитным козырьком. Мы летели в вечерних сумерках, со свистом рассекая воздух, оставляя позади все новые и новые дома и улицы. Я держался за девушку, плотно обхватив узкую талию, иначе свалился бы на полном ходу.
Город кончился внезапно, вокруг замелькало зеленое, впереди показались тонущие в вечерней дымке сопки. Тара резко свернула на малозаметную дорогу, потом еще раз, пока мы не остановились среди каких-то руин. Когда-то вокруг находилась большая деревня или фермерское хозяйство, я понял это по заросшим фундаментам с остатками стен.
Девушка припарковала свой ховер у развалин старой водонапорной башни, возле полуразрушенного трехэтажного здания. Она легко спрыгнула на землю, и я последовал ее примеру.
— Фух, типа вырвались! — выдохнула она. — Переночуем здесь, тут безопасно. Я уже тут бывала… Слушай, чем ты бомбанул крысов? Световая флаха?
— Да, что-то вроде того. — Я опять не стал вдаваться в подробности. — Тебя не зацепило вспышкой?
Тара сняла шлем и постучала пальцами по черному непроницаемому забралу.
— Поляризация как бы, — объяснила она. — Сверкнуло здорово, но фильтр шлема смягчил… Ты, кстати, молодец, не побоялся отвлечь крыс. В Тимусе натаскали?
— Что такое Тимус?
— Ну, типа школа, академия, где готовят трибутов… — неуверенно пробормотала Тара, — Что, реально не помнишь?
Ее волосы взмокли и красными завитками прилипли к смуглому лбу. Я вдруг задумался, зачем она красит волосы в такой неестественный цвет и каков их природный оттенок? Наверное, угольно-черный, как у тонких бровей. В девушке, хоть она и явно принадлежала к моно-нации, было немало азиатской крови. Но это ее совсем не портило. Мико, ощутив мои мысли, шутливо погрозила пальчиком, изо всех сил сдерживая улыбку — будто мамочка, наблюдающая за первыми подвигами сына.
Я пожал плечами: мол, не помню. И обошел вокруг «Осы», разглядывая летающий байк, зависший в нескольких сантиметрах над землей. Аппарат явно был ветераном: серо-зеленый корпус во многих местах помят и исцарапан, сиденье давно вытерлось, как и самодельные рулевые ручки. Справа на носу виднелась мастерски нарисованная желто-черная стилизованная оса.
Мико: Летать на этом ховербайке не совсем безопасно. Системы безопасности, ограничения скорости и встроенный когитор демонтированы, все жестко замкнуто на ручном управлении.