Очередного ратта я поймал на нож, чудом уклонившись от клыков, клацнувших прямо перед забралом шлема. Завертелась бешеная свалка, в которой у меня не оставалось шансов, если бы не внезапный союзник. Флектор, разозленный посягательствами на свое логово, попер на раттов как танк, сминая серых тварей и безжалостно перекусывая их пополам зазубренными клешнями. Куски и ошметки тел полетели в разные стороны, и поначалу показалось, что мега-краб сейчас сметет и задавит толпу захватчиков.
Монстра облепила целая куча раттов, пытаясь остановить живой бульдозер. Светящийся панцирь не стало видно из-под шевелящегося серого покрова. Я сначала не понял, что они хотят делать, ведь повредить прочнейший карапакс монстра почти невозможно, но потом крысы-камикадзе один за другим стали взрываться, окутав все внизу дымом и каменной пылью. Пол ощутимо задрожал, как при землетрясении. С потолка в очередной раз рухнула огромная гроздь сталактитов, погребая под своими осколками сражающихся, и стало окончательно непонятно, что происходит.
У меня хватало забот с теми, кто успел вылезти из озера и теперь мечтал вцепиться мне в глотку. Выстрел, удар ножом, выстрел, удар ножом! Раттов нельзя было назвать слабыми противниками: живучие, дико злобные твари. Меня спасали лишь приобретенные рефлексы и помощь нейросети. Мико быстро помечала траектории ухода и перемещения, благодаря которым я успевал избегать ран. Но долго так продолжаться не могло, момент для отступления был упущен, а теперь врагов стало слишком много и они окружили меня. Оскаленные клыкастые морды мелькали со всех сторон. У «Дробителя» тоже кончились патроны, и я выхватил Коготь Хель, встречая раттов ударами двух клинков. Оружие старого Заклинателя не подкачало, бритвенно-острое лезвие кромсало незащищенную плоть крысаков, без труда отсекая конечности и нанося глубокие смертельные раны.
Бешеная пляска во мраке не могла продолжаться долго. Совсем близко на берег выбралась массивная туша очередной «торпеды», обмотанной ожерельями бомб. Взрыв! Полыхнула огненная вспышка, ударная волна швырнула меня прямо на острые камни. Шлем затрещал, когда я с размаха впечатался головой в скалу. Правую половину тела раздирала дикая боль, покрасневший интерфейс сигнализировал о тяжелых ранениях. По внутренней стороне забрала потекли струйки крови, перекрывая обзор. Мико печально вздохнула, вытирая уголок глаза.
Я умирал.
Тара : Грэй, ты где? Грэй, уходи!!
Уцелевшие крысы не сговариваясь бросились на безжизненное тело. Тут бы и пришел конец любому человеку… но не Инкарнатору.