Выложив на столешницу перед старухой тонкий лист бумаги, плешивый шпион подтолкнул его вперед:

— Вот расписка на две тысячи. Остальное, как только будет значимый результат. Время разговоров заканчивается, мои наниматели хотят увидеть, на что тратятся деньги.

Скрюченные старческие пальцы брезгливо отодвинули расписку обратно:

— Речь шла о десяти. Десять тысяч для людей Барба. И еще пять — нашим капитанам, посредникам, нужным и прикормленным чиновникам на границе. Поэтому можете свою подачку забрать и больше не показывать. Здесь нищих нет, — в голосе старухи прорезалась сталь. — А хотите соседа с Арисами стравить по-настоящему — то и платить надо, как было условлено. И лучше золотом, а не бумагой. За такими клочками следы часто остаются. Ниточки. За которые дознаватели короля отлично умеют весь клубок распутывать.

— Золото будет лишь со следующим караваном, через месяц, — засопел недовольно Рюз.

— Значит, и оплату сделаете в следующий раз. Целиком… Месяц у вас есть. Старый взнос пока не до конца отработали, с этим можете не волноваться. Но про бумагу на будущее запомните. У нас места суровые. Здесь верят только золоту… Зато у меня есть для вас и хорошая новость.

Убрав расписку, шпион с интересом наклонился вперед:

— Да?

— Мы нашли подход к Престолу. Раньше это было бы проблемой, все же закрытый клан церковный, все друг друга знают, свои отношения, свои расклады. Но как только они стали принимать за деньги купцов и разбогатевших аристократов, этот клуб по интересам превратился в тот еще клоповник. И мы туда некоторые следы завели. Запутали, накружили. Зато любой вдумчивый человек в случае проблем сможет добраться только до Престола. До его потрохов.

— Не сообразят, что наши уши там торчат?

— С чего бы? — удивилась старуха, прикрыв глаза. — Деньги любят все. Да и им самим выгодно, чтобы короля к войне подтолкнуть на восток. Постоянно с торговцами из Арисов грызутся. А мы лишь в этом чуть-чуть помогаем. Так что козлов отпущения для будущих неприятностей мы уже организовали. Если что-то пойдет не так, Барб выпотрошит этот сброд самостоятельно. Заодно и все концы оборвет, сшибая головы. Ни людей, ни свидетелей. Как и обещали…

Раскаленное жало запальника ткнулось багровым носом в дырку, и тонкое тело «громыхателя» окуталось клубами дыма:

— Ба-бах!!!

Стоявший перед миниатюрным орудием строй чучел в легких доспехах покачнулся и вспучился со спины выбитой соломой. Подскочившая обслуга тут же повернула вбок станину и начала суетиться с вонючим ершиком, очищая еще дымящийся ствол от гари. Замершие рядом гвардейцы с сумрачными лицами следили за «огневиками», чтобы никакая дурная случайность не коснулась его величества, самолично прибывшего взглянуть на предлагаемый товар. Господин Инквизитор отрабатывал будущее звание Старшего, был везде и всюду, показывал, рассказывал и нахваливал мастера, сумевшего воссоздать вражеское оружие. Имя умника не называлось, это и не интересовало Барба. Главное, что за потраченное золото получили результат и его можно было потрогать вживую, а не слушать бесконечные «скоро-скоро».