— СКОТИНА! — тут же взвыл Йорик. — Ты что творишь⁈

— Делаю тебя летающим! — весело ответил Жора, стуча кулаком по застрявшему в дыре фонарю.

— Запихивая мне в голову чёрти что⁈ — он попытался укусить Жору за что-нибудь, но положение оказалось неудобным. — Насколько же прогнила твоя борода!

Поняв, что фонарь дальше не пролезает, Жора огляделся и, заприметив недавний булыжник, схватил Йорика двумя руками и принялся колотить фонарём по камню, стараясь вбить лампочку внутрь.

— УУУУУУ! — истерично завывал череп, — Да чтоб тебяАУ черви подгорАУные съели, АУ сын сутулоАУй собаки!

С лёгким хрустом фонарь поддался и влетел внутрь черепной коробки, весело там грохоча. Через несколько секунд воцарилась тишина. Даже Йорик затих.

Жора осторожно повернул череп Тарагара макушкой вверх и, подняв повыше, отпустил. Раздался лёгкий гул, повисшую в воздухе костяшку окутало синеватое сияние и Жора тихо произнёс:

— Получилось, котэ!.. Даже титул дали!..

Сияние и гул быстро пропали и мы подошли поближе, разглядывая со всех сторон слегка изменившегося Йорика. Несмотря на дыру в макушке, внутри черепа стало значительно темнее, а в глазницах появилось синее свечение. Если вглядеться, можно было увидеть, как фонарь, испускавший его, мерно пульсировал, повиснув в центре черепной коробки, словно ядро.

— Я… парю? — неверяще спросил Йорик, слегка покачиваясь от движений своей челюсти.

— А то! — заявил Жора и радостно хлопнул череп по макушке, отправив его этим прямо в дорожную пыль. — Ой, извиняй, я не нарочно.

Гном быстренько отряхнул костяшку от пыли и песка и снова подвесил в воздухе. Но, удивлённый произошедшим Йорик на это даже не обиделся.

— Я парю! — завопил он. — А если…

Он замолчал, словно сосредоточившись, свечение в глазницах слегка усилилось и Йорик начал поворачиваться вокруг своей оси.

— Ого! — хором выдохнули мы с Жорой.

Но на этом новые способности Йорика не закончились. После поворотов вокруг оси, он попытался наклонить себя вбок и это привело к тому, что он начал плавно лететь в ту сторону.

— Я… Я лечу! — завопил он, давая крен в другую сторону. — Я первый летающий гном!

Под радостные вопли, он начал быстро осваивать скорость повыше, принялся закладывать вокруг нас виражи и, наконец, остановился, сделав залихватское сальто и громогласно расхохотался:

— Мвахахахаха! Вот она какая, свобода! Вот, что чувствуют птицы! Теперь я даже не жалею, что умер! А знаете, что?.. — притих и задумался Тарагар. — А зачем мне теперь с вами мучиться?

Он резко отлетел, уворачиваясь от Жориной ладони, и заявил: