Сосчитал до десяти и постучал еще раз, посильнее.
Очень медленно дверь приоткрылась.
– О, Жюльен, это вы. – Рут Фридман, босиком, в мужском плаще поверх ночной рубашки. Бигуди в волосах, голова повязана платком.
– Вы видели предупреждение?
– Да, я получила. Это правда? – прошептала она.
– Не знаю, – ответил отец. – Но на улице полно автобусов, и всю ночь колесят грузовики. Изабель была сегодня в префектуре, говорит, они собирали сведения обо всех иностранных евреях. Думаю, вам лучше отвести детей к нам. У нас есть укромное место.
– Но… мой муж – военнопленный, ветеран. Правительство Виши обещало нам защиту.
– Не уверена, что мы можем доверять правительству Виши, мадам, – вмешалась Изабель. – Пожалуйста, давайте хотя бы на время спрячемся.
Рут колебалась. Желтая звезда на плаще – как напоминание о том, как изменился мир. Но вот женщина приняла решение. Она скрылась в комнате. Не прошло и минуты, как она вернулась, ведя с собой двух девочек.
– Что нам взять с собой?
– Ничего.
Изабель повела Фридманов наверх. Дома отец проводил их в секретный чулан, где они едва поместились.
– Я к Визнякам, – заторопилась Изабелль. – Не ставь пока гардероб на место.
– Они на третьем этаже, Изабель. Ты не…
– Запри за мной дверь. Не открывай, пока не услышишь мой голос.
– Изабель, не…
Но она уже летела вниз по лестнице, не касаясь перил, и почти успела, но тут внизу послышались голоса.
Они поднимались.
Поздно. Изабель присела на корточки, прячась за шахтой лифта.
На площадку вышли двое французских полицейских. Тот, что помоложе, постучал в дверь Визняков, подождал пару секунд и просто выбил ее. В квартире заголосила женщина.
Изабель подкралась ближе, прислушалась.
– …Мадам Визняк? Вашего мужа зовут Эмиль, а детей – Антон и Элен?
Изабель выглянула из-за угла.
Мадам Визняк – очень красивая женщина, с нежной кремовой кожей и роскошными, всегда идеально уложенными волосами. Изабель никогда не видела ее такой растрепанной. На мадам было шелковое кружевное неглиже, когда-то стоившее, должно быть, целое состояние. Сын и дочь прижимались к ней, испуганно тараща глаза.
– Собирайтесь. Только самое необходимое. Вы подлежите перемещению, – объявил старший полицейский, перелистывая свои бумаги.
– Но… мой муж военнопленный, он в тюрьме, в Пицевьер. Как он отыщет нас?
– После войны вы вернетесь домой.
– О. – Мадам Визняк растерянно пригладила волосы.
– Ваши дети – французские граждане, – уточнил полицейский. – Можете оставить их дома. Их в моем списке нет.
Дольше прятаться Изабель уже не могла. Вскочив на ноги, она вышла на лестничную площадку и спокойно произнесла: