Смирив себя этой мыслью, я пошла спокойнее. Доехала до Юбилейного, вспомнила про научный библиотечный отдел, вышла на остановке к нему поближе, проштемпелевалась. Потом, прикинув, что Аня могла бы уже вернуться с института, зарулила к ней, но дверь открыла тётя Маша.

— Здрассьте. Нету? — расстроенно спросила я.

— Дома, дома! Заходи!

— Ольга, иди сюда! — крикнула Анна из своей комнаты.

Я зашла и увидела крайне непривычную картину: Аня (Аня, у которой всегда царил немецкий орднунг!) лежала пластом на кровати. Днём!

— Ты чё? Ты заболела, что ли?

— Ой… — она вяло отмахнулась. — Зачёт сдавала. По физкультуре. Ноги отваливаются.

Я плюхнулась на стул:

— Ну, капец… Вы там что, бежали, что ли?

Анютка покряхтела и перевернулась на бок, подперев голову ладонью:

— В баскетбол играли! Полтора часа! Очень у нас преподаватель принципиальный.

— Зверь какой-то вообще… Слушай! Вовка приехал!

— Да ты чё! — она подскочила и села на диване, разом забыв про отваливающиеся конечности. — И как он⁈

Два часа мы делились новостями. Про личную жизнь. Я. Потом она.

Вот это новости! Аня начала встречаться с тем свидетелем с Зинкиной свадьбы, Димкой! Фотки мне показывала, как они по лесу гуляли.

— А фотал вас кто?

— А фотоаппарат. У Димы на телефоне функция есть автоспуска. Видишь, он тут шагнул? Это мы настроили и стоим. Ждали-ждали — думали, всё, не сработал. Димка пошёл, а он как щёлкнет!

Вот теперь я могла слушать про чужие радости, хохотать, весело пить чай с сахарным пирогом, который напекла тёть Маша. Потом мы обсуждали всякие институтские вопросы. Я рассказывала, как на заочку перевелась. Финансовые подробности шли под строжайшим секретом:

— Ань, только ты никому не говори, что я за перевод заплатила. Ну, нафиг. Не хочу, чтобы слухи поползли.

— Ну, естественно!

В этом отношении я не сомневалась. По части секретов Аня была прям могила.

Домой я пришла засветло, ещё на раз обсудила новости с бабушкой.

— Чё, учиться теперь не будешь? — уточнила баба Рая.

— Ну, почему? Всё равно темы-то дадут, почитаю.

— Как сдавать-то, не ходя на учёбу?

— Ай, баба! Там, знаешь, у заочников: «Кто согласен на тройку — зачётки на стол!» — и почти все выходят, остаётся от потока человека четыре.

— И ты на тройку согласишься? — поразилась бабушка.

Я поморщилась:

— Не хотелось бы… Если только в самом крайнем случае.

Комплекс отличницы. Что уж поделаешь.

— С деньгами-то придумала, что будешь делать?

Я подпёрла щёку рукой:

— М-км. Хотела, честно говоря, вперёд за лето коммуналку заплатить да охрану. Там за три месяца прилично выйдет, а доходов-то центр в каникулы давать не будет.