— Если ты уже всё поняла, зачем заставляешь меня повторять?
— Потому что хочу услышать это ещё раз! — Она вытерла слезу, выступившую от смеха. — Боги, Вайрен, не могу поверить. Ты просто увидел девушку и решил, что лучший способ решить проблему — забрать её с собой?
Я закрыл глаза и промолчал.
— Интересно, — тихо произнесла она.
— Что именно?
— Ничего.
— Рейна.
Она поднялась, забрала миску с водой и направилась к двери. Уже на пороге остановилась и обернулась.
— Знаешь, я рада, что ты её встретил.
— Почему? — Я нахмурился.
— Потому что обычно, когда тебе скучно, страдают все вокруг, а теперь, кажется, нашёлся человек, способный доставить неприятности лично тебе.
— Я всегда могу отправить её обратно к брату.
— Разумеется, — согласилась Рейна с невинным выражением лица. — Только почему-то мне кажется, что ты этого не сделаешь. Лиара значит для тебя больше, чем просто спутница в дороге.
Я медленно повернул к ней голову.
— Тебе кажется, — ответил я.
Она лишь улыбнулась. Эта улыбка мне совершенно не понравилась. Слишком уж довольная, слишком уверенная в себе. Словно она знала что-то такое, чего не знал я сам.
— Как скажешь, Вайрен.
Я собирался добавить что-то ещё, но усталость наконец оказалась сильнее желания спорить. Веки тяжелели, мысли путались, а боль постепенно отступала куда-то на задний план. Последнее, что я почувствовал, — как Рейна поправила одеяло, а затем наконец погрузился в сон.
Проснулся я уже утром. Сквозь плотные шторы пробивался солнечный свет, оставляя на полу узкие золотистые полосы. Несколько секунд я лежал неподвижно, пытаясь понять, где нахожусь. Потом узнал комнату Рейны и вспомнил ночные события. Я невольно напрягся, но боль в боку оказалась значительно слабее, чем ночью. Рана всё ещё давала о себе знать, однако теперь я мог дышать без ощущения, будто каждый вдох раздирает меня изнутри. Слабость тоже отступила, оставив после себя неприятную усталость и тяжесть в конечностях. По крайней мере, я больше не чувствовал себя так, словно вот-вот умру.
Рядом что-то зашуршало. Я резко повернул голову и увидел Рейну, которая хлопотала возле кровати: переставляла флаконы на небольшом столике, меняла воду в миске и что-то тихо бормотала себе под нос.
— Ты всегда такая шумная по утрам? — Хрипло спросил я.
— О, вы только посмотрите, мёртвый принц ожил!
— Не преувеличивай. Я ещё не настолько плохо себя чувствую, чтобы умереть от твоих шуток.
— Жаль, а я уже начала надеяться, что ты наконец станешь потише.
Она подошла ближе и положила ладонь мне на лоб, а затем осторожно коснулась шеи, проверяя моё состояние. Я терпеливо позволил ей это сделать, хотя обычно не любил, когда кто-то суетился возле меня. Но Рейне я позволял больше, чем другим. Возможно, потому, что знал её почти всю свою жизнь. Возможно, потому, что она никогда не боялась говорить мне правду, даже когда та мне не нравилась. А может, просто потому, что сейчас у меня не было сил спорить.