Но никто не спорил с полковником, потому что каждый понимал: нужно продержаться до вечера.
Левый и правый фланги пока держались. Правда, потери там были чудовищными. Французская артиллерия работала с такой точностью, словно неприятель заранее изучил каждую русскую позицию. Ядра и бомбы падали именно туда, где располагались наиболее важные укрепления, где собирались резервы и куда подходили свежие подразделения.
Складывалось впечатление, что французское командование прекрасно знает не только расположение русских полков, но и то, какими силами ещё располагает Багратион. И это обстоятельство тревожило Паскевича едва ли не сильнее, чем само численное превосходство неприятеля.
Сражение было тяжелейшим. Оно не сравнилось еще с Прейсиш-Элау, но казалось, что вот-вот и можно назвать самое кровопролитное и принципиальное сражение начала века, что это — Смоленская битва.
Глава 7
Смоленск.
19 августа 1812 года
Наполеон не спешил отправлять в бой свои резервы. Он прекрасно видел, что русские тоже ещё не исчерпали всех возможностей и продолжают удерживать значительную часть войск вне непосредственного сражения. Император понимал, что сейчас в центре сложилась довольно необычная ситуация. Если бы не мощный заслон французской артиллерии, русские вполне могли прорвать оборону и выйти на позиции, где уже изготовились к бою его лучшие полки. Но именно этого Наполеон и не желал.
Ветераны составляли основу его армии, ту самую силу, на которую он привык опираться в самых тяжёлых обстоятельствах. Эти люди прошли с ним десятки сражений, привыкли побеждать и были готовы идти за императором практически куда угодно. Но Наполеон ценил их не только как солдат.
Они оставались его опорой и в политике, потому что именно такие люди в случае необходимости могли защитить его власть даже в самом Париже. А о возможных волнениях во Франции император никогда не забывал, прекрасно понимая, что революционные настроения в стране ещё далеко не иссякли.
Терять сотни, а тем более тысячи таких ветеранов ради очередного штурма русских укреплений он не собирался. Пусть сначала работают артиллерия и обычные линейные полки. Пусть русские истощают свои силы, расходуют боеприпасы и вводят последние резервы. А уж потом, когда наступит подходящий момент, можно будет нанести решающий удар. Наполеон умел ждать, особенно если ожидание обещало сохранить жизни людей, которых он считал наиболее ценными.
— Сир, Багратион ранен или убит! — с нескрываемой радостью сообщил подошедший маршал Ней. — Наши стрелки добились попаданий. По предварительным сведениям, в него угодило шесть пуль. Русские унесли своего командующего с поля боя. Полагаю, сейчас их армия осталась без руководства.