Это уже было не рапортование, а вопрос: почему мы? Офицер, к моему удивлению, не вспылил, только тяжело вздохнул и посмотрел в сторону дороги.
— Казаков оттянули, — ответил он и устало провёл ладонью по бедру. — У них своё. Им нужно проверить подступы к городу. Они ищут армию нашу, но другую. Всех послали искать. Нет у меня никого. А генерал-квартирмейстеру нужно знать для доклада командующему.
Он снова посмотрел на нас и вдруг заговорил совершенно нормальным человеческим голосом.
— Давайте, братцы, — сказал офицер и слегка нахмурился, всматриваясь куда-то на запад. — Чую я, француз рядом. И стоять нельзя, но где Первая армия, того не знаем. Оттого и маемся все.
Позади меня кто-то тихо хмыкнул. По голосу — Захар. И я его понимал: впервые мы увидели в этом человеке не ходячую должность, а обычного офицера. Может, хитрость. Может, действительно устал. Но простое «братцы» неожиданно сработало, и даже мне захотелось собраться быстрее.
— Дозволено одним плутонгом сходить? — спросил я, уже мысленно перебирая людей и лошадей.
— Давайте, братцы. Жду вас, — ответил капитан и коротко кивнул.
Он развернул коня и стартовал так резко, словно французы уже показались на горизонте. Мы проводили его глазами, пока конь не скрылся между телегами.
— Да вот уже и в разъезды ходим, — недовольно сказал Захар, подходя ко мне и поправляя пояс. — А ещё недавно егерями были.
— Так хоть дело какое, — ответил я, глядя вслед офицеру. — А то только идём да готовимся. Врага и не бьём.
Через пятнадцать минут почти весь личный состав снова оказался у наших телег. Люди подтягивали подпруги, проверяли оружие, набивали фляги. Кто-то торопливо доедал кусок хлеба, один человек жевал на ходу и одновременно пытался застегнуть сумку, а Муха бегал между ног и явно считал, что раз все засуетились, значит, сейчас произойдёт что-то исключительно интересное.
— Значит так, идут не все, — сказал я, подняв руку, чтобы перекрыть сразу несколько голосов.
Тут же послышалось недовольное ворчание. Один из молодых уже открыл рот, но я опередил его.
— Потому что мне нужны люди, которые не свалятся с коня на первом повороте, — продолжил я и обвёл всех взглядом. — Обидеться сможете потом.
Стало тише. Я начал перечислять тех, кого выбрал заранее.
— Со мной господин Линар, Тихон, Иван, Игнат, Ефим… Из молодых… — говорил я, отмечая людей взглядом. — Остальные остаются здесь и держатся готовыми.
Кого брать, я знал почти заранее. В первую очередь тех, кто уже был нормально посажен на коня и последние дни действительно много ездил верхом.