Он поселился там. Один. Среди снегов и сосен.

Первые месяцы были адом. Он просыпался по ночам от того, что ему снились её слёзы. Вставал, курил на крыльце, смотрел на звёзды — огромные, холодные, равнодушные. Снова думал о ней и чувствовал, как внутри что-то переворачивается.

Потом пришла злость. Хорошая, здоровая злость, которая помогает строить. Он рубил лес, таскал брёвна, копал траншеи под коммуникации — делал всё своими руками. И не потому, что нанять людей было не на что, люди работали, но ему самому требовался этот выхлоп и сброс энергии. Работал от темна до темна, падал без сил и засыпал мертвым сном.

К маю фундаменты были готовы, к июню начали возводить срубы, к августу — крыши. Алексей почти не выходил на связь, отбивался от звонков Деда (“Инженер, ты где? Дай хоть знать!”) и от предложений бывших подчиненных залить горе в баре.

Деду отбивал короткие сообщения, и тот успокаивался ещё на месяц, а парням отказывал, и те успокаивались ровно до следующих выходных. Потом кто-то из них забил, перестав ему писать, а кто-то заинтересовался тем, а собственно, чем там их командир занимается. Кто-то приезжал летом, помогал таскать брёвна, кто-то всерьез заинтересовался сам такой же идеей.

— У меня всё отлично, — убеждал сам себя Алексей.

Он врал. И знал, что врет. Но иначе он бы не смог, сломался.

Год пролетел, как один день. Он не считал недели, не искал её.

В этом феврале снег сошел раньше. Бригада заканчивала отделку главного дома — гостевой корпус на шесть человек, там же была баня. База ещё не работала, но к лету должны были заехать первые туристы.

Только вот где ж их взять-то, этих туристов…

Надо будет ещё и рекламой озаботиться…

В тот день он монтировал розетки в спальне, когда телефон завибрировал. Он нехотя вытер руки, взял трубку и посмотрел на незнакомый номер.

— Алло, — сказал хмуро.

— Алексей? — женский голос, незнакомый. — Вас беспокоят из агентства “Горный ветер”, мы организовываем туры на Алтай. У нас есть клиентка, которая очень хочет вас найти. Могу я передать ваш номер?

Сердце пропустило удар.

— Кто? — спросил хрипло.

— Юлия Леонидовна Самойлова. Вы знакомы?

Он молчал так долго, что женщина на том конце спросила:

— Алло? Вы здесь?

— Да, — выдохнул. — Передавайте.

Положил трубку, уставился в стену. Зачем она его ищет? Что она может ему такого сказать, чего он сам не знает? Прошёл год. У неё муж, ребёнок. У него почти готовая турбаза.

Юля не стала звонить, удивив его. С её номера пришло короткое сообщение: “Это твой ребенок. Сын. И он растет без отца”.

Алексей перечитал раз, второй, третий. Телефон дрожал в руках.