Стас выглядел явно растерянно.
- Даже не знаю. Может, не надо пока? А то видок, да и запашок у меня тот еще!
- Ой, вот тут ты не прав! У тебя такая сиделка, что ты, хоть и лежачий у нас, но лишних запахов от тебя нет. Тут уж ты мне поверь, красавчик!
- Саш, а можно тебе еще вопрос задать? - Саня кивнула. - Насколько у тебя все серьезно с тем спасателем?
Саня удивленно посмотрела на Стаса:
- А с чего вдруг тебя это интересует?
- Ну, ты мне очень нравишься, и теперь ты мне не чужая, - замялся Стас.
- Стас, у нас все хорошо. Больше я ничего не скажу. Извини, но это только нас двоих касается, при всем моем хорошем к тебе отношении. Больше на эту тему я говорить не хочу.
- Хорошо, извини! Глупо было с моей стороны этим интересоваться.
- Да, глупо, - сказала таким тоном, что Стас был не рад, что вообще коснулся этой темы, - ладно, красавчик, не обижайся, но я так устроена. Личная жизнь - на то она и личная, что никого не касается.
- Да это ты не обижайся. Иди, мириться будем! - добавил он, раскрывая объятия.
Саня заулыбалась и подошла. Чмокнув Стаса в щеку, она сказала:
- Знаешь, пойду я, пожалуй, домой уже. И, кстати, у тебя очень приятная туалетная вода, тут уж ты мне как женщине поверь! А насчет завтра, я думаю, что я все-таки приведу к тебе Анюту. Вот сейчас у Надежды Павловны твое расписание узнаю, чтоб нам на твои процедуры не попасть. Все, не комплексуй, а лучше сам сегодня, когда будете с Анютой щебетать, пригласи ее в гости! - пресекла она попытку Стаса что-то возразить ей.
Спустившись вниз, она узнала распорядок дня Стаса и договорилась с сиделкой о времени их с Анютой завтрашнего визита.
Дома Саня набрала сына:
- Привет, ребенок! Как ты? Как успехи?
- Привет, ма! Поздравь меня! Я чемпион! Привезу новый трофей, - голос сына звучал на фоне посторонних шумов.
- О! Ну, я горжусь тобой! Когда дома будешь?
- Ма, мы в аэропорту уже. Так что завтра рано утром, - обрадовал ее сын.
- Отлично! Хорошего полета. Завтра увидимся! Целую.
- Да, до завтра. И я тебя.
На душе стало светло. Саня любила сына. Он был ее плоть и кровь, но она знала, что настанет когда-нибудь день, когда в его жизни появится Любимая женщина. И тогда ей придется уйти на второй план. Потому, что так должно быть. Потому, что так правильно.
Поговорив с сыном, она, наконец, набрала номер Михаила. Он ответил сразу, после первого же гудка:
- Привет, радость моя! Я ждал твоего звонка.
От его голоса веяло такой теплотой, что Сане даже стыдно стало, что она только сейчас ему позвонила.
- Привет! Как ты? Удалось выспаться?
- И да, и нет. Спал хорошо, но только до того момента, пока ты не приснилась, радость моя, - по голосу было слышно, что он улыбается.