- Для тебя всегда! Хочешь меня видеть?
- Очень хочу. Мне совет твой нужен. Зайдешь вечером? - голос Стаса звучал невесело.
- Конечно, зайду. Я до 7-ми на работе. Вот домой приеду, поужинаю и к тебе. Идет?
- Нет, не ешь дома. Давай сразу ко мне. Что заказать на ужин? Я тогда тоже не буду, вот вместе и поужинаем.
- Да я всеядная, но лучше бы рыбку.
- Договорились. Тогда до вечера. Целую!
- И я тебя! - и Саня, повесив трубку, уставилась озадаченно на телефон. Не сам звонок от Стаса удивил, удивило то, что он от нее совета хочет услышать.
- А не по тому же ли поводу тебе совет мой нужен, что и Анюте? - вдруг осенило ее. - Ладно, поживем - увидим!
Анюта застала только конец разговора, но так Саша могла и с Михаилом попрощаться, и поэтому, ничего не заподозрив, не стала ничего спрашивать.
Днем пришло сообщение от Михаила со стихами о любви. Это только добавило ширину улыбке на лице Сани. День пролетел очень быстро.
Дома Саня переоделась, все-таки целый день на работе не придавал свежести одежде, и отправилась к Стасу. Пока ели рыбу, болтали ни о чем, просто было приятно ужинать в компании друг друга. Потом Саня унесла тарелки вниз. У Стаса, кроме сиделки, была постоянная домработница. Звали ее Анна Николаевна. Женщина была уже в годах, и Сане она нравилась. Попросив сделать кофе для себя и для Стаса, она вернулась на второй этаж. Настал момент для разговора.
- Саш, я, собственно, зачем позвал-то тебя - мне совет нужен. Это касается меня и Анюты - "Ну, мать, ты даешь! - как сказал бы Славик. - Угадала".
- Давай, спрашивай, - подбодрила она Стаса, хотя уже понимала, о чем будет разговор.
А дальше он почти слово в слово проговорил то, о чем Саша утром с Анютой говорили.
- Понимаешь, я ведь обездвижен, и мне так еще месяц лежать. Потом я уже хотя бы на коляске смогу передвигаться, а сейчас, пока кости таза срастаются, сама видишь, как я зафиксирован. Стас откинул простынь, которая прикрывала его ниже пояса. Картина была не для слабонервных. Его ноги и бедра были не в гипсе, а в эластичных бинтах, но именно поэтому ноги были зафиксированы так, что сдвинуться он не мог.
- Саш, за ту неделю, что мы с Анютой общаемся, я вдруг понял, что она мне очень дорога. Она удивительная девушка. У меня таких, как она, не было никогда. Но ведь она живой человек, а я ей сейчас могу предложить только общение по телефону, хоть и по видеосвязи.
- Стас, ты прав, она и правда удивительная девушка. А во всей твоей речи ключевое слово "сейчас". Ты ведь не навсегда такой обездвиженный. Я не пойму: ты чего-то боишься? Того, что она не дождется твоего выздоровления? Так вот я тебе открою секрет, сегодня утром Анюта в первый раз заговорила о тебе. И она очень переживает, что ты комплексовать изволишь по поводу своего временного лежачего положения. Ребята, вы такие оба одинаковые! У вас вот даже мысли сходятся, - Саня улыбнулась, - не переживай! Анюта точно никуда от тебя не денется! И то, что ты обездвижен, она тоже знает. У нас с ней завтра выходной, хочешь, я ее к тебе в гости приведу?