Мой монолог произвел впечатление. Все, включая Шафирова, сидели, позабыв закрыть рты — переваривали.
— Семь миллионов, — сглотнув, повторил Скворцов немыслимую для этого времени сумму. Его ненависть к классовому врагу полностью окрепла и теперь требовала выхода.
— И он не сможет объяснить с каких таких доходов он их накопил, — злорадно добавил я.
— Московская крыша? — Болотова сумма тоже впечатлила, но из моего выступления он вычленил то, что представляло для всех нас опасность, правильно поняв значение слово «крыша».
— Покровители из столицы, — на всякий случай пояснил я для всех остальных. — Не на свой страх и риск он ведь работает.
— Москвичами, если они проявятся, будет кому заняться, не забивайте себе голову, — среагировал Шафиров. — Сосредоточьтесь на решении своих задач!
— Постановление на обыск надо! — отозвался на пожелание руководства Скворцов. Болотов не отреагировал, он полностью ушел в свои мысли. — Игнат Савельевич! — окрикнул его готовый дать бой главному взяточнику города Вадим.
Наконец, следователь прокуратуры отмер, открыл папку, лежащую перед ним на столе и стал перебирать собранные в нее материалы.
— Заявление Пахоменко, расписка, рапорт, — шептали его губы, — акт осмотра денежных средств, акт передачи их Пахоменко, постановление о возбуждении уголовного дела, — он поднял взгляд от бумаг на меня. — Если мы при обыске не найдем, указанные в этих актах денежные купюры, то прокурор отменит вынесенное мной постановление, а нас всех ждет служебная проверка. И это независимо от того, найдем мы у Цепилова лишние пару миллионов или нет. По ним уже будет совсем другое уголовное дело. Не это, — для наглядности следователь постучал пальцем по папке.
— Какая служебная проверка? — встрепенулся, молчавший до этого, Ситников. — Ты же сказал, что на обыск санкцию прокурора возьмешь.
— Я, конечно, могу не рассказывать прокурору, что вы упустили курьера, — следователь произнес это как обвинение и оба наших «топтуна» заиграли желваками. — Но если мы не найдем при обыске денег, что указаны в акте, то он меня после такой подставы по стенке размажет, — Болотов улыбался. Холодно и зло.
— Вместе к Корюкину съездим, — вмешался Шафиров, перетянув на себя внимание. Правильно, незачем следователя на растерзание оперативникам отдавать. Им бы только выдрать из нашего брата постановление, а что за этим последует их волнует мало, они-то бумажкой прикрылись.
Нас же, следователей, в свою очередь, может прикрыть заблаговременно добытая санкция прокурора. Вот только прокуроры выдавать их не спешат, им основания подавай. Причем достаточность оснований трактуется следователями и прокурорами по-разному. Отсюда сложности и возникают.