На полках аккуратными рядами выстроились сушёные пучки тысячелистника, ромашки, зверобоя и дубовой коры.
В дальнем углу сундука я откопала толстую тетрадь в переплёте из грубой телячьей кожи. Это оказался дневник прежнего лекаря. Путаные записи переплетались с искусными рисунками растений и рецептами настоек.
Я просидела над этой тетрадью ещё трое суток, при слабом свете свечи вчитываясь в незнакомый почерк. Я сравнивала местные названия с тем, что смутно помнила из курса фармакогнозии. Некоторые травы не имели земных аналогов, но их свойства Мартин описывал предельно чётко. Сок одних стеблей заставлял кровь сворачиваться, настойка других погружала человека в глубокий сон, а высушенные озёрные мхи сбивали критический жар за минуты.
Я прочла дневник от корки до корки.
Когда засов на двери громко лязгнул и в образовавшемся проёме показался Джонатан с миской варёной фасоли и куском копчёного мяса, я сидела на самом краю узкой койки, тупо уставившись в противоположную стену каюты.
– Как поживает наша пташка? – Джо вальяжно перешагнул порог, ногой прикрыл за собой дверь и поставил миску на край стола. На поясе у него покачивался небольшой кинжал, а на губах играла всё та же нахальная усмешка. – Не зачахла ещё в потёмках?
– Почти, – я подняла на него тяжёлый взгляд. – Скажи, Джо, капитан планирует держать меня взаперти всю жизнь?
Джонатан хмыкнул, привалившись плечом к книжной полке, которую я вчера полдня очищала от плесени.
– А тебе здесь плохо, пташка? Мясо свежее, вино не кислое, крыша над головой не течёт. Половина шлюх в Тортуге продала бы душу за такую каюту.
– Я не шлюха из Тортуги, – отчеканила я, сдерживая поднимающееся раздражение. – От безделья у меня скоро атрофируются мышцы. Куда я, по-твоему, денусь в открытом море? Выпрыгну за борт и поплыву брассом к горизонту?
– Кто тебя знает, птичка, – он сощурил зелёные глаза, с лёгким прищуром изучая моё лицо. – От тебя всего можно ожидать. Но приказ капитана прост: сидеть тихо и не отсвечивать.
– Тогда отведи меня к нему. Я поговорю с Кайрусом сама!
Джо усмехнулся, медленно скользнув взглядом по моему телу.
– И зачем мне это?
– А чего ты хочешь?
– Поцелуй, пташка.
Я медленно поднялась на ноги. Шагнула вперёд, сокращая дистанцию до полуметра, и посмотрела ему прямо в глаза.
– Поцелуй? – негромко переспросила я, чуть склонив голову к плечу.
Варли не отступил.
– А почему бы и нет? Маленькая плата за услугу. Всего одно касание губ, и я отведу тебя прямо в каюту капитана.
– Насколько я успела изучить кодекс Кайруса, за насилие над женщиной на «Пепле» наказывают. А добровольного согласия ты от меня не услышишь.