Кайрус долго смотрел на пульсирующий минерал, не прикасаясь к нему руками. На его скулах заходили желваки, а шрам у брови побелел от напряжения.
– Гримм вёз это в столицу, – словно обращаясь к самому себе, произнёс он. А затем вдруг в упор взглянул на меня. – Зачем?!
– Я… Я не знаю.
Кайрус мотнул головой, словно убеждаясь в том, что я ему совершенно бесполезна.
– Борге? – пират обратился к сухопарому старику с цепким взглядом бывалого волка. – Ты знаешь, что это?
Моряки суеверно крестились, не сводя взгляда от колдовской вещицы в сундуке.
– Кажется, знаю, Кайрус… – заговорил старик. – Это очень важный артефакт, который…
И в этот момент с верхней палубы раздался пронзительный вопль, лязг и топот множества ног. Судя по звукам, у трапа разгорелась внезапная потасовка.
– Держи его! Он спрятал заточку!
Один из матросов Гримма, которого вели к борту для расправы, улучил момент, вырвался из захвата и скатился вниз по сходням прямо в трюмный люк. Озверевший от осознания неминуемой смерти, с безумными глазами, он сжимал в руке нож. И хотел было наброситься на Кайруса.
Навстречу беглецу шагнул Борге, прикрывая собой капитана. Старик попытался перехватить вооружённую руку матроса, но возраст дал о себе знать. Нападавший с хрипом ушёл в сторону и с размаху вогнал лезвие Борге в правый бок.
Старик глухо охнул и осел на колени.
Уже в следующее мгновение сабля Кайруса снесла смертнику голову. Тело матроса рухнуло мешком, судорожно дёргаясь в луже крови.
Борге завалился набок, сжимая бок скрюченными пальцами. Сквозь его грубую рубаху толчками хлестала тёмная кровь. Лицо старика стремительно серело. Губы синели. Дыхание стало поверхностным.
Кайрус бросился к нему, упал на колени прямо в лужу крови, отбрасывая окровавленную саблю.
– Борге! Держись, старик!
Лицо капитана перекосило от бессильной ярости. Он попытался зажать рану ладонью, но густая тёмная жижа продолжала сочиться между пальцами, заливая доски настила.
– Где лекарь?! – взревел Кайрус, поднимая голову к остолбеневшей команде. – Живо Мартина сюда!
– Мартина картечью накрыло на баке, кэп, – хрипло отозвался Джо, застыв у трапа с обнажённым палашом. – У нас нет больше лекаря.
Старик в руках капитана начал судорожно вздрагивать. Зрачки расширялись, челюсть отвисала.
Я понимала, что с ним происходит. Проникающее ранение брюшной полости с повреждением печени или крупного венозного коллектора. Внутреннее кровотечение нарастает, и скоро разовьётся геморрагический шок третьей степени. Ещё четыре, максимум пять минут – и наступит асистолия. Остановка сердца.