Накинул петлю на первую сосну, зацепив за одну из веток ближе к верхушке, протянул свободный конец ко второй сосне, и обвязал её настолько высоко, насколько получилось. Верёвка провисла между двумя подрубленными стволами. Если первая сосна пойдёт в сторону Дуба, она натянется и потащит за собой вторую. Два дерева за один рывок, если повезёт.
Если нет, вторую придётся добить отдельно.
Встал у первой сосны, с противоположной стороны от выреза. Отсюда до надгробия метров семь, достаточно далеко, чтобы ни корни, ни ветви не достали. Перехватил мачете, примерился к перемычке, которую нужно перерубить одним ударом.
— Как будешь готов, дай отмашку! — крикнул я мальчишке.
— Секунду! — он наконец открыл глаза и набрал номер. — Да, мама? Я люблю тебя!
И отключился.
Я склонил голову, глядя на Эрика.
— Ты маме звонил? И зачем? — спросил с искренним интересом.
— У деда явно тут ещё куча ловушек понатыкано! — пояснил он. — Возможно, умрём.
— Ладно! — кивнул я. — Начинаю?
— Давай, братан!
Глубокий вдох, медленный выдох. Делаю замах, и лезвие с коротким звонким хрустом впивается в перемычку.
Дуб деда вздрогнул ветвями на другом конце поляны. Почувствовал, значит, и сейчас ещё кое-что почувствует.
Старый пердун.
Перемычка лопнула, ствол застонал и медленно начал заваливаться, набирая скорость с каждой секундой. Верёвка между двумя соснами натянулась как струна, рванулась, и вторая сосна дёрнулась, накренилась, захрустела перемычкой и пошла следом за первой, с отставанием в пару секунд.
Грохот ударил по ушам, когда первая сосна рухнула кроной на Дуб.
Ветви двух деревьев сплелись, затрещали, полетели обломки коры и хвои, а Дуб отреагировал мгновенно. Чёрные плети метнулись во все стороны, пытаясь сбросить навалившуюся тяжесть, корни вырвались из земли и забили по упавшему стволу, как по барабану.
Хищное дерево сопротивлялось яростно, всей своей злой растительной волей, но сосновый ствол весил сотни килограммов и хрен ты его сдвинешь ветками.
А в следующий момент сверху прилетела вторая сосна.
Бум-шакалака! Всё по плану! Верёвка утянула подрубленное дерево вслед за первым, и оно легло наискосок, крест-накрест, придавив те ветви Дуба, которые ещё оставались свободными.
Треск стоял такой, будто разваливается целый дом, одна из крупных чёрных ветвей не выдержала и отломилась с влажным хрустом, оголив тёмную маслянистую древесину.
Из разлома брызнул темный густой сок, полетел каплями на стволы упавших сосен.
— Ну что, брат, погнали? — сглотнул Эрик.
— Да, с Богом!
Глава 16
Мы не стали ждать, пока Дуб освоится с новыми обстоятельствами. Метнулись к надгробью и сразу начали ритуал.