Эрик бегло раскидал тотемы вокруг ствола и принялся что-то шептать. Я же приложил к стволу руку.
Ладонь прижгло, выбрасывая волну энергии в дерево. В разные стороны брызнули щепки, затем листья и обломки веток взметнулись облаком. Чёрные плети Дуба, и без того придавленные двумя соснами, оказались погребены под третьим стволом, и шевеление внутри завала почти прекратилось.
Именно почти прекратилось, потому что корни по-прежнему извивались в земле, выныривая то тут, то там, как слепые змеи, и шарили вокруг в поисках того, кто устроил весь этот хаос.
Пришлось прервать процедуру, иначе тут и сдохнем. Эрика, кстати, ветки не трогали. Что навивало на интересную мысль. Дедуля-то внучка своего признал.
А вот меня хрен.
Прямо перед правой ногой вырвался корешок. Скользкий, бурый, покрытый знакомой слизью, и метнулся к щиколотке быстрее, чем ожидал.
Я был готов. Ногу резко отвёл в сторону, и корень схватил пустоту, а в следующий момент Жульен уже шёл ему навстречу коротким рубящим ударом.
Да, мачете осталось у чудика. Пусть ему до Миямото Мусаси как до Пекина гуськом, но это всяко лучше, чем ничего. К тому же толстячок сражался. И неплохо сражался.
Лезвие мачете впилось в скользкий жгут, но к моему удивлению, тот оказался слишком прочным и упругим, будто сделан не из растительных волокон, а из чего-то вроде жёсткой резины. Осталась только неглубокая насечка, но и этого хватило, чтобы корень юркнул обратно в землю.
— Хорош, Жульен! — бросил я духу. — В том же темпе продолжай!
— Ху-у-уяк! — Дух зарядил лезвием снова. И корень отступил от моей лодыжки.
Поняв, что Дуб нас всех сейчас положит, приложил ладонь к корпусу «Чёрной жемчужины», давая мысленную команду своему стреляющему ЭШУ. Энергия снова принялась выбрасываться, из устройства повалил дым. На этот раз голубоватый — больше походящий на пар.
А когда пар рассеялся, я посмотрел на свою амфибию с третьим размером груди.
— Кому отсо-о-о-о! — запнулась она, когда в ту же секунду её торс обхватила чёрная ветка. — Эй! Какого чёрта, малыш⁈
— Сражайся, милая! — крикнул я, теряя сознание. — Прости, что вынуждаю делать это здесь, не в мягкой постели! Ситуация так сложилась!
— Ушлёпок мелкий! — заорала дочурка. — Я тебе твой мелкий хер отрежу за такие выходки! Верни меня обратно, мать твою! Собака сутулая! Слышишь?
— Это… моя сестрёнка? — Жульен отвлёкся и тут же получил по шнобелю увесистой веткой. — Оп-па…
— БРАТАН! — заорал Эрик, указывая пальцем на амфибию. — ЭТО ЧТО ЗА ТЁТЯ?
— Рано тебе! — крикнул я и перевёл взгляд на сиськастую. — Слушай, малышка. Я обещаю, это в первый и последний раз! Сражайся, родная! Ты самая лучшая!