[СИСТЕМА]
Вы вошли в Творческий блок. Эффект «Творческий ступор» активирован: скорость реакции снижена.
Единственная защита - не пытаться понять, что происходит. Расслабьтесь. Не слушайте. Идите.
- Легко сказать, - прошептал «системе» в ответ.
Достал бензопилу. Дёрнул шнур - она чихнула, высекла сноп искр, и в этой мгновенной вспышке я увидел коридор. Стены из серого пластика с тёмными прожилками, пол - какой-то пузырчатый. Искры погасли - тьма вернулась.
Пошёл вперёд, выставив пилу перед собой. Ноги ступали по мягкому, вязкому полу - он прогибался под подошвами на сантиметр, а потом отлипал с влажным чавканьем. Казалось, что я иду по огромной губке, пропитанной чем-то липким. А ещё этот запах - смесь горелой проводки и нагретого пластика - въедался в кожу. Пройдя метров десять, вновь услышал шёпот.
Сначала едва различимый - будто кто-то шелестит страницами в соседней комнате. Потом громче. Голоса наслаивались друг на друга, перебивали, спорили. Получалось разобрать только отдельные фразы.
Попытался не слушать, но голоса лезли в голову.
- Заткнитесь! - закричал я, но шёпот не стихал.
Остановился, закрыл глаза, тряхнул головой несколько раз, словно вытряхивая воду из ушей. Шёпот пропал и повисла звонкая тишина.
Медленно открыл глаза.
Коридор осветился болезненно-жёлтым светом от тусклых ламп под потолком. В этом освещении пластик стен выглядел не серым, а мертвенно-бледным, с синими венозными прожилками, которые, казалось, пульсировали - но я списал это на усталость.
Слева и справа - двери. Много дверей. Стеклянные, с матовыми табличками: «Роман №…», «Рассказ №…», «Сценарий №…». Цифры на табличках были замазаны чёрным, кое-где виднелись бурые потёки.
Пошёл вперёд, заглядывая в стёкла и пытаясь что-то увидеть.
***
За первой дверью сидел мужчина. Лет сорока, лысый, в очках с треснувшей линзой. На столе перед ним лежала стопка бумаги. Он перечёркивал лист за листом - сначала красной ручкой, потом чёрной, потом снова красной, пока бумага не превращалась в кашу. Тогда он отбрасывал её, брал новый лист и начинал всё заново. Его лицо было мокрым от слёз, но он их не вытирал. На стене позади - плакат: «Дедлайн вчера».
Постучал костяшками по стеклу. Мужчина не обернулся. Толкнул дверь - она открылась с тихим скрипом. И из неё, прямо из проёма, на меня вывалилось нечто.
Существо из склеенных страниц. Листы А4, исписанные мелким почерком, складывались в подобие туловища и головы. Вместо лица — рецензия, напечатанная жирным шрифтом: «ВТОРИЧНО. НИКОМУ НЕ НУЖНО. СЛАБО». Края страниц были острыми, как лезвия.