Он отвернулся, начал протирать инструменты тряпкой, насвистывая какую-то бодрую херню.
Ещё раз глянул на своё плечо. Рубашка промокла от крови, подо мной на кушетке расползалась тёмная лужа.
[СИСТЕМА]
Здоровье: 3/100.
Кровопотеря продолжается. -1 HP каждые 60 секунд.
Время до смерти: ~180 секунд.
Выбор: заплатить воспоминанием или умереть...
— Ахуеть альтернатива, — прошептал я. — Ладно, давай. Только быстро! - добавил нормальным голосом мужику-фельдшеру.
Травников развернулся и радостно улыбнулся — впервые за весь разговор.
— Мудрое решение. Смотри в зеркало и думай.
Я уставился в зеркало.
Сначала ничего не происходило. Потом гладь помутнела, пошли круги, и...
Лето. Жара. Мне пятнадцать. Дача, на которой выращивали картошку и прочую «траву». Я сижу на крыше сарая, на тёплых досках. Рядом — Лена. Соседка по участку, на год младше. Веснушки на носу, глаза зелёные, косички рыжие. От неё пахнет клубникой — она только что съела тарелку с грядки.
Солнце садится, небо оранжевое, облака розовые. Где-то лает собака, вдалеке слышен шум электрички.
— Гриш, — говорит она, — ты когда-нибудь целовался?
— Нет, — удивлённо отвечаю ей.
— А хочешь?
Честно говоря, не успеваю ответить. Она наклоняется и целует меня. Первый поцелуй в моей жизни — робкий, неумелый, пахнущий клубникой. Закрываю глаза и чувствую, как сердце чуть не выпрыгивает из груди. В голове только одна мысль: «Я нужен кому-то. Я не один».
Она отстраняется, смеётся:
— У тебя уши красные, как помидоры.
— Заткнись, — бурчу я, но внутри всё поёт.
Зеркало погасло.
— Нет! — заорал я, дёрнувшись. — Верни!
— Нельзя, — спокойно сказал Травников. — Забрал. Не волнуйся, жить будешь, а девочку эту не вспомнишь уже никогда.
Он щёлкнул переключателем. В зеркале на секунду мелькнуло её лицо — улыбающееся, веснушчатое, живое — и пропало.
Я почувствовал пустоту. Знание осталось: у меня был первый поцелуй. С кем? Не помню. Как её звали? Не помню. Было приятно? Наверное. Не помню...
— Готовься, будет больно, — сказал фельдшер и приложил утюг к плечу.
Заорал так, что, наверное, услышали как на первом, так и на девятом этаже. Вонь палёного мяса, шипение, слёзы из глаз. Фельдшер держал утюг секунд пять или вечность — не знаю. Когда убрал, выдохнул и провалился в серый туман.
[СИСТЕМА]
Воспоминание изъято. Травма памяти: незначительная.
Здоровье: восстанавливается до 60/100.
Рана обработана, зашита (нитки из кишечника гигантской пиявки — стерильность не гарантируется).
Статус: живучий, как таракан-альбинос.
***
Очнулся от того, что кто-то затягивал бинты на моём плече.