Светильники мигнули уже заполночь, вместе с ними дрогнуло сияние Книги, и обернувшийся к лестнице стражник увидел Синдбада, неторопливо поднимавшегося по ступеням.
— Синдбад? — растерялся он. — Сюда нельзя, какого…
Договорить он не успел, получив в челюсть короткий удар без замаха и сложившись у стены, а Синдбад, перешагнув через него не глядя, двинулся к постаменту той походкой вразвалку, которую я за сутки так и не освоил. На полпути он заметил меня, стоящего на коленях у стены с тряпкой в руке и ведром под боком и, как положено слуге, смотрящего в пол.
— Смотри внимательно, — произнёс Синдбад моим голосом. — Утром тебя спросят, кого ты здесь видел, и постарайся не перепутать меня ни с кем другим — мне очень нужно, чтобы этой ночью здесь видели именно меня.
Отвернувшись к постаменту, он склонил голову и посмотрел на Книгу с выражением, которое так и хотелось назвать похотливым. Я поднялся с колен, вытер лицо рукавом и сказал:
— А тебе идёт моё лицо, Эрида.
Синдбад обернулся мгновенно и ответил моим голосом, закончив фразу уже другим, женским и насмешливым:
— А тебе — нет.
Лицо Синдбада потекло, и через мгновение передо мной стояла высокая женщина с пепельно-сиреневой кожей, в облегающем фиолетовом хитоне, превращающемся у пола в туман, а чёрные волосы за её спиной шевелились сами по себе, словно плавая в воде и перетекая из одного положения в другое. «Спокойно, — сказал я себе. — Ты взял ипотеку в двадцать шестом году, не испугавшись процентов, так что тебе какая-то богиня?»
— Ты меня ждал, — сказала она, обходя меня по кругу и то растворяясь, то перетекая из одного положения в другое, пока не возникла у меня за спиной и не положила палец с длинным ноготком мне на подбородок. — Похвальное усердие, особенно если учесть, что Синдбад сейчас должен сидеть у себя на корабле и пить с горя, потому что случайно увидел невесту друга, вспомнил, что любит её десять лет, и решил, что красть у Протея ниже его достоинства. Я знала, что он так решит, ведь я никогда не ошибаюсь в людях, а ещё я точно знаю, что Синдбад скорее дал бы себя повесить, чем прикоснулся к телеге золотаря, тогда как от тебя ею пахнет за десять шагов. Так кто ты такой?
— Временно исполняющий обязанности Синдбада, со вчерашнего утра, — ответил я. — И раз уж ты наверняка собираешься спросить, почему я не зову стражу, то отвечу сразу: толку от неё никакого. Ты исчезнешь вместе с Книгой, а меня найдут у пустого постамента, меня, пирата Синдбада, переодетого дворцовым слугой, и какой вывод сделает стража, догадаться несложно.