Я видел, что «Ева» хотела что-то ответить. Но она всеми силами себя сдерживала.
— Будь у нас иная ситуация, ты бы сейчас поехала на базу вместе с четвертым отрядом, — продолжил я. — А твоё место на время миссии занял бы их целитель, — я положил свою ладонь на руку «Милахи». — Но я понимаю, почему ты себя так повела. Понимаю, как ты переживаешь из-за Марии. Поэтому никаких последствий для тебя не будет. В этот раз.
Как мне кажется, любой другой командир на моём месте не стерпел бы такого поведения от своих бойцов. Но я решил, что не время быть слишком суровым. Мы оказались в очень нелегкой ситуации. И сейчас ничто не должно отвлекать нас от миссии. Например, мог бы нарушиться эмоциональный фон «Каскадера», если бы я отправил на базу его девушку. А мне нужны собранные бойцы, готовые начать сражаться в любую секунду.
По этим причинам я выбрал самое мягкое решение. Тем не менее я чётко дал Анжелике понять, что впредь подобного не потерплю.
— Я, я прошу прощения, — опустила девушка голову. — Просто я очень волнуюсь за Марию. Она на грани. Ещё немного и…
— Я знаю, — улыбнулся я. — Поверь, я переживаю за неё не меньше твоего, — я поднялся с сиденья и двинулся к выходу. Перед тем, как покинуть машину, я обернулся на «Еву» и добавил. — Собирайся. Через десять минут выдвигаемся.
18 июня 2024 года.
Путоранская аномальная зона.
Секретный объект «Вертеп».
Московское время — 05:06.
Аномальное время — 06:38.
Майор Уилсон, капрал Хейст и рядовой Купер ходили между стеллажей на продовольственном складе. Помещение было плохо освещено, но военным это нисколько не мешало. За то время, что они пробыли на базе «Вертеп», они уже успели привыкнуть и к полумраку и к полной темноте.
— Гречка со свининой, гречка с говядиной, гречка с грибами, — майор Уилсон откинул в сторону одну из консервных банок и та с грохотом прокатилась по каменному полу, а затем врезалась в большой мешок с сахаром. — По мне так лучше от голода умереть, чем жрать корм для животных.
— Они своих солдат за скот считают, раз кормят подобным дерьмом, — прорычал капрал Хейст нечеловеческим голосом. Он уже много недель разговаривал, словно научившийся людской речи волк.
— А тебе больше скажу, «Инсейн», — ответил ему майор. — У них эти помои едят не только военные, а вообще все. Представляешь, приходит русский в магазин и отдаёт деньги за гречку не, чтоб накормить свой скот, а для себя, — он громко рассмеялся. — Они на полном серьёзе едят её, представляешь?
— А мне нравится, — Мэтт Купер взял с полки банку гречки с топленым маслом и начал внимательно её рассматривать. — Вполне сносная еда. К тому же полезная.