Трое валяются на земле, постанывая и похрюкивая от боли, а Ванька тем временем героически защищает свою позицию, правда, лёжа на земле, и принимая удары ногами. Все так увлеклись дракой, что не заметили выскочившую из-за кустов невысокую фигуру в чёрном худи и с накинутым на голову капюшоном, хорошо скрывающим лицо. Дальше произошло и вовсе неожиданное. Незнакомец прямым ударом кроссовка в промежность заводилы отправил того в аут. Не ожидавший такой подлости, киргиз завыл и схватился за пах, а неизвестный помощник ловко завалил опешившего худощавого злодея на дорожку. Удара в челюсть хватило, чтобы тот взбрыкнул ногами и замер.

— Эй, спасибо! — успел крикнуть я в спину паренька, сиганувшего в кусты. И пожал плечами. Что это было?

Снова туман перед глазами — и Субботин с удовлетворённой жаждой справедливости затихает внутри меня. Я протянул руку Ивану, помогая ему подняться. Дубенский зашипел, обхватив содранный об мелкие камешки локоть.

— Мы победили, монсеньор? — прогундосил он, нисколько не переживая за собственное состояние, хотя из носа у него сочилась кровь.

— Да, мой верный оруженосец, — кивнул я, глядя на бегущих к нам девушек с двумя мужчинами в синей униформе охраны парка. В руке у каждого была дубинка, а на поясе болтались наручники. — Кажется, к нам подмога.

Марго чуть ли не с разбега уткнулась в Ваньку, обхватила его за шею и отпрянула, зардевшись от переизбытка эмоций. Достала из сумочки платок и аккуратно прижала к носу парня. Физиономия у моего Слуги была неописуемой.

— С вами всё в порядке, господа? — запыхавшийся усатый охранник с жетоном какой-то частной компании оглядел поле боя, с которого поспешно ретировались налётчики. Двое из них подхватили под руки главаря-киргиза, едва передвигающегося после хорошего удара в промежность, а третий поддерживал худощавого приятеля, держащегося за челюсть.

Охранник не стал за ними бежать, хотя мог провести задержание потрёпанной банды. Он лишь махнул рукой и с надеждой спросил:

— Вы не пострадали?

— Не считая носа — нисколько, — ответил я, глядя на Турчанинову, в отличие от подруги, не бросившейся мне на шею. Она оценивала меня с точки зрения будущих дивидендов, и не торопилась проявлять свои чувства. Судя по всему, майор был прав, когда подозревал в Марине «охотницу». — Спасибо, что помощь позвали.

— Да вы и сами справились, — хмыкнула девушка и обернулась к топтавшимся рядом с ней охранников. — Благодарю вас, господа. Было бы хорошо, если бы смогли узнать имена этих грязных подонков, хотевших нас изнасиловать.