Мужики подошли к складу, находящемуся в конце коридора, и Менделей Резерфордыч открыл дверь, запертую на большой амбарный замок. В середине комнаты, заваленной всякой барахлом, стояла большая картонная коробка с надписями на зарубежном. Резерфордыч подошёл и смахнул с угла паутину.

— Это, стало быть, телевизер? — несмело осведомился Дермидонтыч.

— Ещё бы! — ответил Менделей и подхватил коробку. — Помоги, несём в наш кабинет.

2. Аппарат

В кабинете у термоядерных наноинженеров было немного теплее, чем в остальной части НИИ. За старым гудящим масс-спектрометром сидел, покачиваясь, косой безумный ученый и бормотал проклятия в адрес Оппенгеймера.

— Селифоныч, бросай ты эти глупости, — нахмурившись, сказал Менделей. — Лучше давай агрегат подключай.

Агрегат вытащили из коробки и поставили на пол рядом со столом. Выяснилось, что чудо-машина оборудована большим панно с множеством мелких кнопок, непонятным блоком и прямоугольным экраном, все было сварено вместе кусками арматуры.

— От Микрософта подарок, — произнес ученый, отряхнув аппарат от пыли. — Да, у них сейчас, почитай, уже лет семьдесят один сплошной Микрософт на Западе.

— Я склонен полагать, что это непростой телевизер, — предположил Иероним Дермидонтыч. — У обычных телевизеров, если мне не изменяет память, не так много элементов управления.

— Да… Гляди, а тут буквы, как на печатной машинке, — сказал Резерфордыч.

Селифоныч тем временем встал со стула и стал разматывать провод, идущий откуда-то из недр аппарата, не прекращая проклинать зарубежных физиков.

— Включай в электросеть, Селифоныч, — повелел Менделей.

Безумный ученый залез под стол, где была розетка. Спустя мгновение, старый агрегат на столе затрясся, прекратив спектральный анализ, и из его недр пошел густой дым. У нового агрегата, напротив, внутри что-то щелкнуло.

— Подключил? Тогда ждём, — сказал рыжий ученый и присел на табуретку, глядя на экран.

Дермидонтыч хотел было сказать, что аппарат, скорее всего, сам не запустится, и его нужно как-то включить. Но потом ученый подумал, что его все равно никто слушать не станет, и промолчал, сев на соседний стул.

Спустя минуту терпение Резерфордыча иссякло.

— Что, не исправный, что ли, подсунули,…? — рявкнул он, встал с табуретки и с размаху пнул валенком аппарат. Потом опомнился, отошел и проговорил. — Хотя нет, говорят, пинками только старые телевизеры можно починить, а это, вроде как новый.

Селифоныч подбежал к странному телевизеру и стал ласково гладить его, шептать что-то невнятное, словно успокаивать обиженное механическое нутро.