Я был почти уверен, что засечь позиции батальона дроны Акрид не смогли, но на всякий случай всё же спустился в свой блиндаж. Управляющий модуль двигался почти как обычный человек в тяжелой броне, но сильно превосходил его габаритами, так что забираться в укрытие мне пришлось аккуратно.
Ожидание не затянулось. Оставшиеся на поверхности «Корсары» транслировали мне картинку со своих сканеров, так что происходящее я видел во всех подробностях. Достать до склада с орбиты из плазменных пушек Акриды пока не могли — мешала висящая над Новой Луандой Четвертая орбитальная крепость. Поэтому они ударили ракетами. На таких дистанциях подлетное время измерялось десятками секунд, так что время на реакцию у зенитных батарей было, но очень небольшое. Тем не менее одну ракету они умудрились сбить. Одну из девяти.
Мой блиндаж ощутимо тряхнуло и по холмам прокатился тяжелый грохот. Стены убежища, сформированные из спрессованного грунта, упрочненного специальной химией, выдержали удар, хоть местами и пошли мелкими трещинами. Устоять им помог и металлический каркас с перекрытиями из сверхпрочного композита. Впрочем, прямо по моему укрытию Акриды не били, а вот складу сильно не повезло. Все три его подземных яруса сложились внутрь, как карточный домик, и земля ещё какое-то время подрагивала от вторичных детонаций разнообразных боеприпасов, которых, к счастью, на складе оставалось не так уж много.
Обе зенитные батареи, засветившиеся при стрельбе по разведывательным дронам, превратились в глубокие дымящиеся воронки, получив прямые попадания ракет. Я попытался связаться с вычислителем склада, но он ожидаемо не ответил, зато на приватном канале связи неожиданно появился лейтенант Соломин.
— Строгов, тебе, кажется, нужны были зенитные средства? — задал он риторический вопрос и почти без паузы продолжил: — Мне в бою некогда будет заниматься ещё и этим, так что принимай командование двумя автоматическими батареями. Их вычислители уже получили приказ перейти к тебе в подчинение. Только разбирайся с этим быстрее — наземные роботы Акрид будут здесь уже через двадцать минут.
Решение лейтенанта передать мне управление двумя уцелевшими зенитными батареями выглядело довольно странным. При этом я не сомневался, что на самом деле принял его не Соломин, а майор Сомаяджи. Вот только зачем? Эти батареи — явно не мой уровень. Их следовало использовать в интересах всего батальона, а не только моих «Корсаров». Майору стоило оставить командование ими за собой. Не так уж это и сложно, особенно с учетом того, что батареи автоматические, и их вычислители нуждаются только в самых общих указаниях и изначальном приказе на открытие огня, хотя могут работать и в полностью автономном режиме, самостоятельно проводя приоритезацию и уничтожение целей.