— Орден Ленина, говоришь… — Сталин перешел на русский. — Орден Ленина он действительно заслужил. Надо послать Михаила Ивановича, пусть ему орден вручит… по месту жительства. А заодно и прогуляется, ему для здоровья это полезно будет.
— Он что, инвалид, в Москву приехать сам не может?
— Не инвалид, но, думаю, вручать его нужно будет именно дома. У него дома, а ты с Калининым своего человека пошли. Там есть такая молодая женщина, Марина Чугунова, она лучше всех знает, что еще этот Шарлатан напридумывал. А нам было бы очень интересно тоже обо всем этом узнать. Только вот что: там все друг другу родня, так что человек должен быть очень вежливым: мы же не хотим обижать Шарлатана? — Сталин весело рассмеялся. — Хотя его, пожалуй, обидишь…
Двадцать пятого июля сорок третьего года снова было воскресенье. С снова вся семья собралась дома: отец все же получил выходной. И дядя Алексей тоже в этот день не работал, хотя по другой причине: получил травму на работе. Не особенно серьезную, но, как сказали врачи, с недельку ему придется отдохнуть: правая рука у него была вся в бинтах. Правда он на работе не работал, а дома ему и присесть было некогда: мы с ним (и с отцом) налаживали в доме «водяное отопление». С котлозавода мне обещанный котел привезли и поставили, но сделали его все же не по моим корявым рисункам, а «как надо», и разработчики его заодно просчитали и сколько он тепла дать сможет. Тепла получилось уж очень много, на три теплицы его бы хватило — а я подумал, что если в доме восставить обычные батареи…
Батареи мне привез Вовка, причем он их из металлолома какого-то вытащил. Не сам вытащил, лом-то в Сормово привезли на переплавку, а у него там приятель работал. Но главное, что батареи у меня появились, насчет труб я через тетку Наталью договорился с павловским трубным (пообещав и для школы потом такое же отопление устроить, ну и ей домой… потом, когда и там газовые реакторы соорудят). Так что к полудню, когда в деревню прибыл «высокий гость», мы все были уже по уши перепачканы в ржавчине, в отработанном машинном масле (им отец клупу смазывал, а я ему… помогал, причем скорее помогал пачкаться). Так что когда тетка Наталья вся в мыле к нам забежала и сказала всем срочно бежать в школу, лишь мое присутствие не позволило ей узнать, куда следует бежать уже ей. Но тетка оказалась настырной (как, впрочем, и всегда) и через минуту мы все же в школу пошли. Не бежали, но шли все же довольно быстро — а когда туда пришли, выяснили, что возле школы уже вся деревня собралась, включая убеленных сединами и не оторвавшихся от сиськи. А еще там собрался Вовка Чугунов с сестрой, еще человек пять каких-то незнакомых мне дядек. И один дядька очень знакомый, правда, до этого момента лишь по портретам в газетах. Лично и персонально «всесоюзный староста» Калинин Михаил Иванович…