— Ты, говорят, очень много всякого про Армению написал. Мне вот интересно: откуда ты все это знаешь?
Понятно, что я не стал ей рассказывать, что все это я узнал «в прошлой жизни» и уж тем более не стал говорить откуда. Когда я работал в Заокеании, мне довелось выполнить небольшую работу во Фресно — столице «американской Армении». Там был забавный институт, занимающийся исключительно историей армянского народа, и у них как раз появились технические средства для перевода огромного массива документов в цифровую форму и американские армяне решили «извлечь из массива достоверную информацию». Ну, они извлекли, кое-что и я запомнил — просто потому, что от таких данных у меня буквально шок случился. Там много было именно о военном времени, и больше всего меня тогда удивило, что больше восьмидесяти процентов армян (из тех, кто в Армении родился, ко всем армянам это не относилось вообще) при попадании в плен радостно бежали записываться в «армянский легион» вермахта. Ну и еще кое-что по мелочи показалось мне тогда интересным: например, что в сорок первом, когда в стране были заморожены все стройки, не относящиеся к военному производству, в Ереване спокойно продолжили постройку автомобильного моста. И на строительство его за время войны потратили государственных средств, которых было бы достаточно для изготовления танков на целую танковую дивизию.
Железные дороги страны задыхались от перегрузки, а армянские товарищи везли в Ереван базальтовые блоки для отделки опор моста — и Иосиф Виссарионович решил уточнить, кто именно этим занимался. И даже уточнил, после чего несколько армянский фамилий исчезли из «публичного пространства» — но, по словам Ю, кто-то наверху разболтал об первоисточнике информации. И она даже думала, что знает, кто именно разболтал…
На самом-то деле я особо ничего нового даже не сообщил, все это было довольно широко известно — просто я кое-какие данные собрал вместе и «показал в нужном свете», а в результате у меня образовались «неизвестные враги». Пока вроде бы образовались далеко, так как Горьковская область почти целиком занималась оборонкой и МГБ любого, кто хотя бы собирался сюда приехать, тщательно проверяло. И особенно проверяло «армянских армян»: даже в командировку в область им было невозможно приехать без того, чтобы МГБ их не проверило на наличие родственников среди дашнаков или легионеров: именно в Армении такие родственники были больше чем у каждого десятого, а кто такие дашнаки, тот же Лаврентий Павлович очень хорошо понимал.
И это было крайне неприятно — с одной стороны. Но с другой стороны, все время ходить и думать, что сейчас тебя кто-то бросится убивать, смысла не имеет: если за дело возьмутся профессионалы, то им сначала нужно будет пройти сквозь других профессионалов вроде Ю, а это, как я понял, будет очень непросто. Тем более непросто, что по некоторым намекам «любимой» она отнюдь не одна тут работала. Так что я предпочитал заниматься своими делами.