Утром обнаружил, что опухоль спала, только фингалы теперь светились на лице, как два прожектора. Но уже то, что лицо стало похоже на нормальное человеческое, позволило мне выдохнуть свободнее, все-таки, несмотря на настоящий возраст, я слегка комплексовал перед красивыми дамами. Сейчас, конечно, тоже выгляжу не очень, но хотя бы лицо уже не похоже на жопу. После гигиенических процедур я решил в ожидании завтрака продолжить учить французский язык, вернее, отдельные слова из словаря. Увлекся и не сразу обратил внимание на стук в дверь. А когда услышал, в учебном угаре на автомате ответил по-французски, разрешив войти. Надо было видеть глаза Пьера, когда он открыл дверь и вошел в комнату. Но он сразу разглядел у меня в руках словарь и с улыбкой произнес:

— Я уж подумал, что ты водил нас за нос, скрывая что говоришь на французском, а оно вон, оказывается, как? — сказал он, кивая на книгу.

— Нет, я вас не обманывал. Я действительно по-французски не говорил, но надеюсь, что быстро исправлю это недоразумение.

Пьер кивнул, как бы соглашаясь со мной, и сказал:

— Александр, я бы хотел после завтрака поговорить с тобой кое о чем. Надеюсь, ты будешь не против? — прежде чем я ответил, он добавил. — Если, конечно, ты чувствуешь себя нормально. Если нет, лучше отложить этот разговор.

Отвечая, я размышлял: слишком уж официально сейчас говорил Пьер. Похоже, разговор предстоит серьезный, интересно узнать, на какую тему.

— Нет, конечно, я не против. Чувствую себя хорошо, похоже, доктор погорячился и зря ограничил меня в активной жизни.

В ответ Пьер улыбнулся и сказал:

— У нас не принято оспаривать решения таких специалистов, как наш доктор, поэтому, если он сказал больше времени проводить в спокойствии и праздности, значит так тому и быть. Что ж, мы договорились, после завтрака встретимся в моем кабинете.

Он уже разворачивался, чтобы уйти, когда обратил внимание на мой вчерашний рисунок мотоцикла, который так и лежал поверх стопки бумаги на краю стола. Явно заинтересовавшись, он попросил разрешения посмотреть, а когда я кивнул, взял лист бумаги в руки. Довольно долго он молча разглядывал его, а потом спросил:

— Такие мотоциклы производят сейчас в Советском Союзе?

— Нет, это я немного помечтал, подумал, каким бы хотел видеть свой мотоцикл, и нарисовал.

— Красиво получилось, такое чувство, что держу в руках фото на настоящий и уже существующий. У тебя, Александр, талант, и его надо развивать — поучительным тоном произнес Пьер и ненадолго замолчал. — А можно я на время возьму твой рисунок себе? Обещаю, что верну его в целости и сохранности.