За подобными размышлениями, действуя на автомате, я и сам не заметил, как накопал червей для утренней рыбалки, затопил баню, чтобы вечером попариться, и собрал на огороде нужные для шаурмы овощи.

Вроде и не делал ничего такого, а время до вечера пролетело стремительно и незаметно. Кажется, только мы расстались с Абрамом Лазаревичем, а на улице уже сумерки. К приезду «гостей» у меня все было готово для приготовления шаурмы. Лепешек напек, овощи нашинковал, соус приготовил, да и курицу почти успел зажарить.

Хорошо, что готовил с запасом, хотя думал при этом о завтраке, но не повезло. Вместо двух гостей приехало сразу четверо. Плюсом к Абраму Лазаревичу прибыл его брат, а вместе с Яшей — его сослуживец, здоровенный сержант госбезопасности с не сходящей с лица улыбкой до ушей. Честно сказать, я засомневался, хватит ли еды на эту ораву, курицу-то мне привезли далеко не бойлера, но, как выяснилось, зря волновался. Гости прибыли с нехилыми собственными припасами и очень обрадовались, когда узнали, что к их приезду поспела баня.

Вообще, если не растекаться мыслью по древу, посиделки удались на пять с плюсом. Шаурма народу понравилась, а евреев так и вообще умилила. Особенно их покорила простота приготовления этого блюда, и они теперь на сто процентов уверились в успехе будущего предприятия и в один голос начали утверждать, что и здесь в Москве тоже надо организовать артель и кормить людей такой вкуснятиной. Когда старшее поколение маленько расслабилось от принятого на грудь коньяка, а парни зависли в парилке, прихватив с собой приличную такую банку с пивом, хитрые евреи завели со мной разговоры о жизни. Очень уж активно стали расспрашивать о моем пребывании в деревне, притом аккуратно, ненавязчиво пытались выяснить, каков источник моих знаний и умений. Начали, понятно, с английского языка, перешли на шаурму, а потом, как им казалось, незаметно переключились на мое понимание бизнеса. Никак у них не укладывалось в уме, что какой-то крестьянский пацан влет придумывает то, что способно принести очень даже неплохой доход. Да и мое поведение, как выяснилось в разговоре, не укладывается ни в какие рамки, не ведут себя так парни, выросшие в жопе мира. Это я дословно повторил слова брата Абрама Лазаревича, которые он выпалил в сердцах, когда им надоело ходить вокруг да около.

Я, уставший к этому времени от их расспросов, в ответ тоже слегка показал зубы, заметив, что не вижу причин раскрывать перед ними душу, они ведь тоже о себе сильно не распространяются. Сомневаюсь я, что любой еврей в Советском Союзе способен влет решать самые разные вопросы и ездит с собственными телохранителями.