Первой мыслью после встречи с Абрамом Лазаревичем, у меня было «лучше бы я не возвращался».
Орал Абрам Лазаревич, как никогда раньше. Я даже не подозревал, что у него выработан такой мощный командирский голос. Но, конечно, длился этот его ор недолго. Ровно до того момента, когда я, пока он набирал в грудь воздуха, чтобы начать кричать еще громче (наверное), задал ему один простой вопрос. Он даже заикаться начал после этого моего вопроса. А я и сказал-то только одно:
— Вам шашечки нужны или ехать?
Не удержался, очень уж у меня настроение было отличное после отдыха.
— Какие шашечки? Что ты несешь? Совсем рехнулся? Ты хоть представляешь, что со мной могли сделать из-за твоего отсутствия?
Тут мне удалось вклиниться и вставить свои пять копеек.
— Абрам Лазаревич, может, вместо того, чтобы орать, вы все-таки объясните, что произошло, пока меня не было?
Из-за хорошего настроения я почему-то не воспринимал всерьез всю эту ругань, наоборот, мне было интересно наблюдать за этим представлением.
Абрам Лазаревич выпустил сквозь сжатые зубы воздух и уже спокойным голосом произнес:
— Тебе назначена важная встреча сегодня вечером. Ты представить себе не можешь, что я испытал, когда получил известие об этой встрече, а потом обнаружил, что ты пропал. Саша, не делай так больше, мне еще пожить хочется хоть день-другой, а ты меня точно до инфаркта доведешь.
— Хорошо, но тогда уж и вы тоже, Абрам Лазаревич, прекращайте устраивать из моего дома балаган. Я ведь живой человек и физически не могу работать круглосуточно. И вообще — я еще маленький, и моему организму крайне необходим здоровый сон и отдых.
— Маленький он. А мне-то что делать, — тихо сам себе произнес Абрам Лазаревич и уже громче добавил: — Ладно, позже подумаем, как облегчить твою участь. А сейчас расскажи мне, куда ты пропал на целые сутки, и мы с тобой подготовимся к встрече.
— Да не пропадал я никуда, добрался до ближайшей гостиницы и отсыпался. Я ведь правда устал за эту неделю, как проклятый, поэтому и сбежал. А с кем хоть встреча-то будет? А то непонятно, к чему готовиться.
— С хозяином встречаться будешь, с товарищем Сталиным.
— Ох, ни фига себе заявка. Да ну нафиг, может, не надо?
— Надо Саша, еще как надо.
Время до вечера прошло в разговорах. Сегодня никаких встреч ни с кем не было. Нет, желающие добраться до меня были, и их было немало, но их всех сразу же разворачивали, объясняя, что меня нет на месте. Вся моя подготовка к встрече свелась к тому, что Абрам Лазаревич объяснил мне, как себя вести и что кому можно говорить, а что нельзя. Притом у меня складывалось ощущение, что Абрам Лазаревич слишком уж переживает из-за возможных последствий этой встречи. Когда он начал талдычить то же самое уже в третий раз, я не выдержал и произнес: