Потом будет посещение каретного завода в Нижнем Новгороде, там же производство речных пароходов, спичечный завод. После Павел отправится в Нижний Тагил, где для него граф Никита Акинфиевич Демидов уже готовит целую программу, рассчитанную не менее, чем на месяц. Потом ткацкие фабрики в Самаре, после Крым с его виноделием, Константинополь, посещение Иерусалима.

Все путешествие будет сопровождаться освещением в прессе, с обязательными комментариями, призванными несколько возвеличивать цесаревича. Нужно создавать образ наследника, вселять в людей уверенность в завтрашнем не только дне, но и десятилетии. Тогда в Россию поедут, а из Российской империи не уедут. Да и править сыну после меня. Нельзя показывать элитам, что наследник сильно хуже и слабее отца. Сколько крамолу не вычищай, но найдутся те, кто проверит власть на прочность.

А тут Павел Петрович отказывается ехать. И почему? Потому что расстанется с любимой, которая просто отрабатывает свои деньги и положение?

— Рано все же Павлу такие испытания, — сказал я.

— И вовсе не рано. Я не хочу, чтобы Павел так же запутался в любви, как мы с тобой, — ответила Екатерина.

— Реши эту проблему, Катя! Мне не то, чтобы недосуг, но я очень не хотел бы ссоры с сыном. И как отец не хочу и как император, — говорил я под нарастающий шум. — Что бы я не сделал, но все воспринимает в ножи. Павел спорит со мной только ради самого спора. Тут или я его приструню и это будет жесткого… хотя я, внук Петра о жестокости к сыну речь веду? Петр Великий своего вовсе, почитай, убил.

— Отец! — в обеденный зал ворвался еще один комок нервов. — Ну что опять между вами произошло? Я не могу уезжать из России, зная, что вы ссоритесь!

— По титулу обращайся, пигалица! — прокричал я, но этот мой тон Анна Петровна прекрасно знала, потому не испугалась, а Екатерина даже позволила себе ухмылку.

А следом вошли еще два бравых «гвардейчика»: Милош и Константин. Анна, как некогда и над Павлом, взяла шефство и над этими шкетами. Отличная будет мать из Аннушки. Ее характер не мой, даже не Кати, скорее похож, если я правильно понимаю, на австрийской императрицы. Окрутит заботой всех и каждого, а нужно, так и государством править станет.

В относительно мирные времена, когда работы было много, но отъезды из Петербурга или Москвы, не то, чтоб частые, я находил себя в семье, достаточно плотно занимаясь воспитанием детей. Может и распустил я тут всех, в смысле, родных, но иначе я семейную жизнь и манеру общения с детьми не представляю. Я, Сергей Викторович хотел семью образца будущего, а я, Карл Петер просто не знал какая семья вообще может быть.