Подполковник откинулся на спинку, с интересом глядя на меня, на то, как я буду воспринимать сказанное. Я же на самом деле задумался, а заодно и мнение деда на эту тему послушал.

«Ну, что сказать, внучек. Исходно здравое зерно в этих рассуждения есть. Но как же его перекрутили-то! В итоге получился дикий сословный мутант. Дисциплина необходима, субординация нужна. Но есть много других, более надёжных способов поднять авторитет в глазах подчинённых, чем издеваться над ними».

«Согласен, полностью. И в дружине у себя такой дурью маяться точно не стану!»

— Вы, наверное, считаете, что авторитет можно создавать и поддерживать и иначе: знаниями, умениями и так далее? Той же заботой о своих подчинённых, правильно?

— Собственно, да.

— И вы полностью правы. — Виконт опять полюбовался на моё вытянувшееся лицо и, прежде чем я успел возмутиться, продолжил: — Правы, но со своей точки зрения, владельца дружины. В малом коллективе, где личный состав служит годами, и где командир, он же владелец, имеет полное право выбирать, кого нанять, кого уволить и кого куда продвигать — формирование личного авторитета по принципу «вожака» или древнего князя работает. Все всех знают, разница в положении обеспечивается разными комнатами в казарме и разной суммой денежного довольствия. Но уже на батальонном уровне требуется поддержка чисто внешними, очевидными и осязаемыми даже для новобранца, эффектами. Если же взять полковой уровень и учесть переменность состава, призывники приходят, отслужившие уходят… В общем, авторитет вождя не работает, он просто не успевает сформироваться и развиться. Так что, если в дружине можно себе позволить «баловать» своих гвардейцев, то в армии рядовые должны жить хуже, чем унтеры, прапорщики — лучше фельдфебелей, а штаб офицеры должны иметь преимущества в условиях службы перед обер-офицерами.

Подполковник хмыкнул и, что называется, «добил»:

— Именно поэтому мы с вами едем в этом, на редкость удобном и прекрасно оснащённом, примите моё искреннее восхищение, ведь это же, насколько знаю, ваша разработка и изготовление, экипаже. А мои подчинённые — в гораздо менее удобном обычном автомобиле, который до сегодняшнего дня казался мне весьма приличным. Несмотря на то, что у вас тут достаточно места для всех, а среди поручиков есть те, кого можно было бы посадить за руль.

«Армейская логика, она в принципе отличается от обычной человеческой. А уж в вашем сословном обществе…»

«Да я сам пришалел, хоть и имею закалку бабулей».

Минут пять ехали молча: я думал и общался с дедом, подполковник смотрел то в окно, то на меня. Наконец, он не вытерпел или, скорее, решился: