Первую движущуюся картинку рисовал я сам, для демонстрации принципа. Но вы же помните про мой анти талант к рисованию, да? Так что там был человечек, состоящий из кружочка и пяти палочек, которые делал гимнастическое упражнение: приседал, вытянув руки вперёд, потом подпрыгивал вверх с хлопком ладонями над головой и принимал исходное положение. Причём хлопок я изобразил разлетающимися от условных рук короткими чёрточками. Показал Роме и жёнам в присутствии «заглянувшей на огонёк» Василисы — и выпустил джина из бутылки.
Все, буквально все вокруг бросились рисовать ленты для мультоскопа! Более того, чтобы Рома имел шанс поиграть с этим, для него же придуманным и сделанным, устройством мне пришлось сделать ещё пять штук! Театральный кружок, который по сравнению с прошлым годом вызывал уже гораздо меньше энтузиазма, оказался окончательно заброшен, зато создание лент и обмен ими расширялись день ото дня, и в географическом, и в количественном смысле. Ну, и свои мультоскопы тоже активно строили, кому не лень. При этом даже определённый стандарт приняли на размеры — как раз чтобы можно было меняться ленточками. Дошло до того, что летом в мастерской графа Сосновича соорудили мультоскоп с пятью барабанами и механизмом, который смещал их на одну позицию вверх после каждого оборота, и тем самым позволял сделать ленту в пять раз длиннее!
Но это случилось позже, пока же жёны выговаривали мне за то, что я, оказывается, натуральный гад: вместо того, чтобы показать это развлечение в начале года, когда особенно скучно, я устроил его в начале апреля, когда нужно готовиться к весеннему балу, но при этом не отвлекаться на рисование и просмотр «живых картинок» просто невозможно!
— А в чём проблемы с подготовкой? Это же не начало сезона, чтобы новые платья строить! С зимних мех отпороть, какими-нибудь кружавчиками заменить…
— Юра, ты лучше иди сейчас куда-нибудь. Тихо, но быстро, а то на резкое движение и громкий звук мы и броситься можем. И побить как минимум!
Усложняло подготовку и то, что многие дворяне проводили разной степени масштабности приёмы, спеша успеть с ними до начала полевых работ, когда большинству станет не до того. Мы, взлетев в самую верхнюю часть районного рейтинга знати, получали приглашения почти на все такие затеи. Правда, стоит учитывать, что в большинстве мест никого из нас на самом деле видеть не рассчитывали и не планировали, но считали невежливым не пригласить. Так что вежливый отказ по любой причине принимали едва ли не с облегчением, но кое-куда являться всё же приходилось, по той или иной причине. И каждый раз мои жёны начинали страдать по поводу того, в чём ехать: платье для бала при дворе то было не готово, а как перешили, то оказалось, что его просто нельзя «потратить» на раут более низкого уровня. И новое для шить — тоже не соответствует этикету, а в прошлогоднем попросту неприлично. Я, если честно, во всё это вообще не лез, в принципе, ни в каком виде. Но, несмотря на все стенания и заламывания рук — каждый раз находили, что надеть, и никто ни разу с них это не пытался сорвать, как неприемлемое.