— Когда поедешь? — спросил Олег.
— Завтра или послезавтра… — ответил Жека. — Ждать смысла нет. Осталось две недели по пятого июня. А сейчас вези меня домой.
Приехав домой, Жека не лёг спать. Сейчас в Америке как раз был день. Жека включил компьютер и вошёл в интернет. Ввёл адрес, который ему дал Герберт, и связался с ним.
«Мне нужна максимальная информация. С какими странами проводят операции финансовая группа „Альфа-капитал“ и заместитель главы Госкомимущества России Александр Сахаров. Вся информация по счетам в зарубежных банках и всё движение по ним. Цена — сто тысяч долларов», — написал он компьютерщику.
«Принято. Скоро получишь на емейл», — написал Герберт.
Действительно, сведения поступили быстро. Для компьютерщика, разрабатывавшего банковские системы безопасности и знавшего все коды безопасности к ним, не составило никакого труда залезть в базы данных и скачать то, что было нужно Жеке. Получив требуемое, Жека тут же перевёл обещанную сумму на указанные реквизиты. Полученные сведения стоили того…
Утром Сахариха внимательно смотрела на Жеку, вольготно развалившегося на кровати, и явно что-то думала.
— Тебе чего? — удивился окончательно проснувшийся Жека и подтянул любимую к себе.
— Ты собираешься в Россию, и мне интересно, кто там сейчас сможет гарантировать тебе безопасность… — задумчиво сказала Светка. — Ты опять пошёл поперёк всех. К Ромке в дом залез, всех его пацанов угандошил. Я не говорю что это плохо, ты меня спасал, но тем не менее, это же так.
— В данном состоянии наших дел никто не может дать мне безопасность, — согласился Жека. — Поэтому я сделаю кое-что. А когда я сделаю это, меня там возьмут под белы ручки и будут с охраной везде возить и пылинки с пиджака сдувать.
— Да ну… — удивилась Сахариха. — Что-то не верится. И как это будет выглядеть?
— Принеси бутылку пива, тогда расскажу,— рассмеялся Жека.
— Наглый! — воскликнула Сахариха, но всё-таки не отказалась. Голышом прошлёпала к мини-бару в стенке спальни и достала две банки «Баварского».
— Когда я пробивал кредит для комбината, я имел дело с финансовым директором Дойчбанка, герром Гансом Фогелем. — заявил Жека, прихлёбывая пиво. — А ещё там был один крутой инвестор, мужик по имени Руди Хопбёрн, финансовый воротила и строитель. Его подозревают в связях с итальянской мафией, так как Руди по национальности итальянец. Я встречусь с ними опять и скажу, что я утратил контроль над комбинатом, и кредит сейчас болтается хер знает в каком состоянии.
— По документам кредитом распоряжаешься ты, — заметила Светка. — И ты придёшь к ним и скажешь, что утратил контроль над деньгами? Ты в своём уме?