— Не совсем так, — не согласился Жека. — Я скажу, что знаю, на какие цели идёт кредит, а вот можно ли его будет погасить в дальнейшем — вопрос. Заметь — кредит у меня в оффшоре и в теории их поезд ушёл, им остаётся только развести руками и надеяться, чтоб всё было хорошо. Остановить движение денег на завод они уже не смогут. А вот побеспокоиться насчёт выплаты вполне в их силах.

— Дальше, — велела Светка и тоже отхлебнула пива из банки.

— А дальше всё просто! — заявил Жека. — Я говорю им, что у меня есть 28 процентов акций комбината, и я поеду на собрание акционеров, в статусе их специального представителя. Можно даже сделать ещё круче, замутить это дело через Союз промышленников Германии. Таким образом я нанесу официальный визит в Россию как германский промышленник и коммерсант, приехавший проконтролировать свой актив, который идёт как обеспечение кредита. Заметь — я буду не как частное лицо, а официальный представитель германской бизнес-элиты. И что? Меня Хромов рядом с аэропортом грохнет? Да он пылинки сдувать будет, лишь бы не было международного скандала, потому что тогда его кодле там звиздец. Туда приедут из Москвы опера и следаки, и Хром пойдёт на зону вместе с его мусорами…

— Ой, мама дорогая, это ты такой хернёй решил дядь Сашу напугать? — рассмеялась Сахариха. — Да ему плевать. Закажут тебя киллеру. Киллер грохнет, потом они грохнут киллера и тело его в речку. А чтоб не было висяка, мусора поймают какого-нибудь бомжа, и на него повесят. Скажут, убийца найден. Все сработали хорошо. Ордена, медали. Германии скажут — просим простить, справедливость восторжествовала. Как будто не знаешь, как дела у нас на родине делаются. Придумай поинтереснее план.

— Тем не менее, ты не права, Свет, — не согласился Жека. — Ты не обращаешь внимание на политическую обстановку в стране, а она очень важна и явно в нашу пользу. Сейчас Ельцин взял курс на демократизацию, на сотрудничество с Западом. Иностранцы и иностранные компании в России в большом авторитете.

— Дело твоё, — пожала плечами Сахариха.

— А ты не хочешь со мной съездить? — неожиданно спросил Жека. — Со старыми корефанами бы повидались. Со Славяном, с Пущей, с…

Жека замялся, не найдя, с кем ещё хотелось бы повидаться подружке. И получалось, что видеться-то ей на Родине больше и не с кем.

— Ну, с кем ещё? — насмешливо спросила Светка. — Всё ещё живёшь прошлым? Отпусти ты его, мой тебе совет — дай людям жить без тебя. И ты живи без них.

— Позже… — сказал Жека, вскочил с кровати и потянулся всем своим здоровым телом. — Я ещё не всё сказал. Значит не поедешь?