Я — Демиан Астер. И последние двенадцать лет все решения семьи Астер принимал я.
Все. Кроме одного. Того, из-за которого я сейчас нёсся как бык, сносил дверь и, кажется, сломал что-то ещё по дороге через зал в кабинет.
— Ты сломал дверь, — сказала старуха, не оборачиваясь.
— Ты объявила о моей помолвке.
— Объявила. Вина? — я заметил, что бабуля, эта хитрая лиса, уже распивала не первый бокал.
— Нет.
— Зря. Ты выглядишь так, будто тебе нужно.
Я оперся ладонями о стол. Дерево скрипнуло.
— Свадьбы.Не.Будет.
— Будет. Через две недели. — Она поставила бокал. — Приглашения готовы. Угощение заказано. Музыканты наняты. Осталось поменять имя. Вместо Альберта — ты. И...
— Ты готовила свадьбу для Альберта.
— Готовила. Но Альберт не подходит. Тэя его съест как пироженое к чаю.
— А я, значит, подхожу?
— Не ты, а она. Она единственная, кто подходит. — Хитрая лиса посмотрела на меня. — Я перебрала всех. Морвен — глупа. Харт — хитра. Блэквуд — скучна. Я устраивала тебе встречи. Помнишь?
Я помнил. Три переговора. Три провала.
— Морвен говорила только о нарядах, — сказал я. — Харт пыталась выведать про земли. Блэквуд смеялась надо мной. Когда я сказал, что не танцую.
— Ты не танцуешь. Это была плохая партия.
— Все они были плохие.
— Вот именно. Остаётся только Тэя. Она молода. Красива. У неё есть характер. И она не боится тебя.
— Она безрассудна. Поэтому и не боится.
— Она сильная. И достаточно умная, чтобы не смотреть на тебя с обожанием. — Старуха пожала плечами. — Все твои невесты смотрели на тебя как на титул. А эта женщина смотрит как на человека. Которого она не очень любит. Это работает.
Я отвернулся. Подошёл к окну. В саду цвели розы. Я ненавидел эти розы.
— Она разрушит всё, что я построил.
— Думаешь? — Хитрая лиса улыбнулась. — Я слышала странную вещь. Будто все розы в поместье кто-то приказал сжечь. Внезапная перемена вкусов у такой девицы. Что-то из этого будет.
Я замер.
Розы. Эта женщина приказала сжечь розы. Я видел счёт. Пометку на полях. «Убрать. Все. Сжечь». И она тогда правда чихала.
— Она говорит, что у неё аллергия.
— Аллергия? На розы? У Тэи, которая спала на подушке с лепестками?
— Говорит, организм изменился. От стресса.
— Организм, — старуха улыбнулась. — Как интересно.
— Что ты хочешь сказать?
— Что девушка, которая год назад обожала розы, вдруг приказывает их сжечь. Девушка, которая устраивала истерики, вдруг ведёт себя сдержанно. Девушка, которая висела на Альберте как пиявка, вдруг хочет разорвать помолвку. — Она поставила бокал. — Ты не находишь это странным?
Я молчал.
— Я нахожу это очень странным. Настолько, что мне кажется, она наконец повзрослела.