Ванная совмещена с туалетом, так что, когда я вошёл, обнаружил полную пара комнату, недавно покинутую Сонеттой. Пока торчал возле толчка, взгляд упал на лежащую горкой одежду — сестра видно не успела ещё убрать. Сверху, как нежно розовая шапка льдов на горе, покоятся трусики. Стоило бы отвернуться, но они словно бы стали некой осью для мыслей. Чего я хочу и от чего бы хотел убежать?

Каждый из моих друзей знает, какой я геймер-задрот. Так уж сложилось, что это определение опопсело, многие себе примеряют ярлык заядлого фаната игр, но я настоящий. Так сказать, тру. И для меня все эти заморочки в отношениях выглядят как нечто ужасное, противное и абсолютно неприемлемое.

Зачем? Я не могу понять зачем всё это нужно? Выстраивать отношения с живой девушкой трудно, долго, затратно. Может быть в пещерные времена прошлых веков в этом были резон и романтика. Хотя надо ещё загуглить, но лень. Пусть даже и были. Но сейчас-то зачем? Если возбудился, так сходи сбрось напряжение и садись играть дальше. Я понимаю, что обычно речь шла о любви и о таком притяжении к человеку, что сносило крышу… Не знаю, где грань между истинной любовью и влюблённостью, основанной на половом влечении. И есть ли эта грань? Может да.

Но будь мы с Сонеттой в вымышленном мире, параллельной реальности или ещё под каким условием, где можно зациклить наше лето без родителей и вечно в нём жить, то я бы согласился на отношения. Только в жизни за «А» идёт «Б», а заканчивается всё «Я». Не хочу быть заложником минутных страстей в будущем.

Отвернулся от горки одежды и вышел. Нос к носу встретился с сестрой, тут же порозовевшей. Сдержанно улыбнулся и проследовал в комнату. Кажется, она провожала взглядом.

Дождь продолжает моросить. Небо давит и намекает на дневной сон так, что зевок раздирает рот. Я забрался в кровать и с удивлением почувствовал запах девушки. Несколько раздосадовался от реакции тела на это, но вскоре нос привык и перестал замечать тонких ноток.

Сонно почёсывая щетину, я бестолково остановился перед лестницей. Мысли ещё не набрали хода, так что пришлось подождать, пока подберут маршрут дальше.

Из комнаты сестры донесся приглушённый чих. Потом ещё парочку. Пожелал бы здоровья, но не заходить же. Пока же решил умыться и снова посетил ванную. Вещей на полу нет, но появилась новая одежда — мокрая, что развешена на сушилке. Сонетта куда-то ходила, что ли?

Ужин пришлось не только есть, но и принимать у курьера самому. Сестра не спустилась даже когда я мыл посуду. Признаться, это раздражает, но совесть быстро затушила огонь недовольства, и я наоборот заботливо выложил несколько кусков ещё тёплой пиццы на тарелку. Налил сока в высокий бокал. Со всем этим поднялся и стучу в дверь. Ещё раз. Тишина уж какая-то совсем подозрительная. Вряд ли бы Нетта из-за обиды так себя вела.