Твари пополняют его армию, но взамен он платит высокую цену. Дабы соблюсти баланс в Договоре, сильнейший воин из каждого мира становится Древним. Чтобы пойти в следующий мир и встать на его защиту.

— Один? Один воин против толп оживших кошмаров?

— Поверь, это равноценный обмен. Я сражаюсь с ним в каждом из миров. Я сам собираю лучших воинов из тысяч павших и веду их за собой.

— Без обид, Йорк, — я снова примирительно поднял руки. — Но пока у тебя что-то не очень получается.

— Знаю, — отмахнулся он. — Этот монстр меня переиграл. Он всех переиграл. Его миньоны живы благодаря ему. Он сам придает им форму и отправляет в бой. А Древние, они… Они Древние. Слишком. Каждый из воинов способен сражаться в десятках миров. Но он надеется лишь на свою силу.

Время беспощадно, и оно берет свое. Великие воины рассыпаются прахом, теряют свою силу, но не могут погибнуть, связанные Договором. Поэтому в Роркхе, в Городе я имею ввиду, так много призраков. Это лишь тени самих себя прежних. Они не способны сражаться. Баланс нарушен, но не Договор. Потому с каждым новым порабощенным миром Роркх лишь сильнее.

— Но ты же сам сказал, шансы пятьдесят на пятьдесят.

— Да, а толку? Эти шансы длятся секунды. Когда все только начинается. Роркх приходит в мир, боги спускаются следом, армии равны. А затем первая битва и все. И с каждой следующей победа этого монстра становится все неизбежней.

— И как нам его одолеть? Должен же быть способ.

— И он есть. Это предусмотрено договором. Великая битва раз в несколько лет. Если мир сможет отразить несколько таких подряд, то он будет свободен с того момента и до конца времен. Одно поражение станет началом конца. Понимаешь?

— Великая Оборона.

— Да, Арч. Ты пришел ко мне за ответами, но ты уже опоздал. Роркх уже победил.

Я пытался осмыслить информацию, упорядочить и устаканить у себя в голове. Если предположить, что это все правда, то что это значит? Глобальный вайп? Обнуление сервера. Вторая фаза Роркха с новым городом и декорациями? Новый темный бог Яр, который выступит против игроков. Так что ли получается?

Слишком много Роркха. Слишком путанно. Слишком связано.

— Хохуро? — спросил я.

— Самый древний из тех, что еще сохранил свой облик. Сейчас он вроде главы всех Древних.

— Юмидай?

— Тоже Древний. Его мир погиб не так давно.

— Безумный Мечник?

— Не слышал о таком.

— М-м… Хауст?

— А, этот. Ну да, только он скорее Безумный Топорист. Хотя нет, обезумел он после гибели мира. Этот формально Древний, но по факту самый молодой. Его мир пал последним.

— И потому он обезумел?

— Нет. Он заставил Юмидая вписать под кожу заклинание на изначальном языке. Ну или близком к изначальному. И так стал гораздо сильнее.