— Знаешь, Овер, — произнес я, обращаясь к другу. — Обычно я всегда знал, когда Безумный Мечник поджидает меня возле убежища. Со временем я словно бы научился чувствовать его присутствие. Как будто идешь навстречу цунами. А вот теперь я уже точно знаю, что так оно и было. Потому что сейчас у меня нет такого чувства. Наоборот, какое-то спокойствие на душе, понимаешь?
Я посидел еще немного, наблюдая то за небом, то за Городом. Потом решил, что не стоит долго сидеть на холодном воздухе. Все-таки моему Роллу тоже неслабо досталось.
Я закрыл Оверу глаза и поднялся на ноги.
— Это была хорошая партия, дружище, — произнес я искренне. — Нет, правда. Хорошая партия. И ты сыграл лучше всех.
— Что, прям так и сказал? — Маус уставился на девушку.
— Да, прям слово в слово, — кивнула Неми. — Устал, надоело постоянно одно и то же. Хочется на отдых, так что он уходит.
— И что нам теперь делать? — произнес Рино. — Как мы теперь без него дальше будем?
— Без него же играли как-то, — произнес Овер. — И дальше сами справимся.
— Согласен, — ответил Маус. — Ишь какой важный. Устал он, понимаете ли. Уходит он. Совсем зазнался. Ничего, без него как-то жили раньше. И сейчас проживем.
В комнате повисла гробовая тишина. Никто не понимал на самом деле, что происходит и что с этим дальше делать. И только в этой тишине все вдруг услышали раздражающие чавкающие звуки.
Отряд уставился на меня неодобрительным взглядом. Я попытался что-то сказать, но это было ошибкой. Тогда затолкал блинчик целиком и принялся усердно жевать.
— Ну фто? — наконец смог выговорить я.
— Ничего не хочешь сказать отряду? — спросил Вест.
— Не-а, — замотал я головой и потянулся к следующему блинчику. Неми готовит просто божественно.
— Арч, — Неми отодвинула от меня тарелку. Это был удар в самое сердце. — У нас проблема как бы. Служитель Йорка уходит с поста.
— Тоже мне проблема, Неми. Поздравляю тебя с повышением.
— Не смешно. Я не знаю, что делать с целой часовней непонятного бога.
— Разберешься, — ответил я. — Кто если не ты? Возьми Овера и все там осмотрите. Поищите кузницу для его живого доспеха. Теперь полюбас должна открыться. Не пододвинешь тарелку?
— Неисправим, — подвел итоги Маус. — Эгоист, только о себе и думает.
— А вот и нет, — замотал я головой. Понятное дело, что Маус говорил не всерьез. — Я и вам оставил. Блинчик. Ладно, два. Хотя нет, все же один.
Неми просто нервничала от свалившейся на ее голову ответственности. Нечасто в Роркхе непись устает жечь непонятную траву и уходит просто так. Типа, я все, ты тут главная, удачи. Но мы эту тему уже весь день мусолим.