Я прицелился. Руки дрожали, боль мешала сосредоточиться. В полулежачем положении, с двух рук, но я все-таки выцелил приближающуюся тварь и спустил курок. Грохот был знатный. Казалось, даже стены затряслись от выстрела. Отдача чуть не вырвала «Нокс» из моих обессиленных рук. Крафтовый патрон третьего калибра удивил не только тварь, но и меня. Все, как и говорил Рэд.

— Ублюдок. Сраный ублюдок.

Не было злости. Не было отчаяния. Даже страх куда-то пропал. Я просто лежал и разглядывал морду твари. Между нами было около четырех метров. Но все это расстояние, как и сам монстр, больше напоминали какой-то сюр.

Конфетти. Сраное цветастое конфетти. Блесточки всех мыслимых цветов и оттенков облепили рожу твари. Покрыли ровным слоем пол, стены и часть лестницы. Туши двух других уродов стали похожи на кукол для пиньяты. Сраный Рэд. Шутник гребаный. Чтоб его импы регулярно и с отрывом.

Цветастая тварь быстро пришла в себя. Еще бы, тут оглушение максимум. Но разгон урод брать не стал. Наоборот, медленно принялся приближаться, переставляя свои громадные лапы. Выбор невелик. Я перехватил «Нокс» за ствол, отчего потерял еще пару пунктов здоровья. Ствол оказался слишком горячим после всего одного выстрела. Но тяжелее у меня под рукой ничего не оказалось.

Тварь преодолела последние пару метров одним стремительным рывком. Этот урод метил в лицо. Эх, знал бы, куда придется атака, — намотал бы плащ на руку. А так. Это мы тоже уже проходили. Я прикрылся левой рукой. Огромная ковшеобразная челюсть сомкнулась на предплечье. Кривые зубы вонзились в податливую плоть прямо сквозь плотную ткань плаща. Только в этот раз у меня нет в руках «Ампекса», заряженного Орхидеями. Не знаю, откуда во мне вообще взялись силы. Но я принялся с остервенением лупить монстра по черепу, пока тот вгрызался в мою руку.

В какой-то момент режущая боль сменилась острой. Затем я отчетливо расслышал хруст костей. Не знаю, что не выдержало первым. Моя рука или его черепушка. Я уже ничего не видел из-за вновь всплывшего уведомления об экстренном выходе. После этого болевые ощущения пошли на спад. Программная защита вновь сработала. Но к этому болевому порогу я уже привык.

Остановился я лишь в тот момент, когда глаза застелило алым туманом. Критически малый уровень здоровья. Рука в капкане мертвой твари. Из разбитой черепной коробки стекает темная вязкая масса. Нос забило гнилыми испарениями. Желудок сдавил рвотный спазм. Но от этого все тело лишь пронзило болью.

С трудом перевернувшись на бок, упер развороченную башку твари в ступеньку. Левой рукой надавил на нижнюю челюсть, стараясь не совершать никаких рывков. В этот раз освободиться удалось быстрее. Левая рука превратилась в кровавую культю. Если присмотреться, то можно разглядеть обломки костей в этом кровавом месиве.