Софья резко развернулась и попыталась испепелить меня своим взглядом, но я этого ожидал, поэтому смотрел девушке прямо в глаза, улыбаясь от уха до уха.

— Ты что-то еще хотел, а то мне работать надо…- поняв, что я не испепеляюсь, адвокат решила прогнать меня из своего кресла: — Исправлять ситуацию после некоторых…

— Что делать планируешь? — самым доброжелательным тоном поинтересовался я.

— Это, знаешь ли, не твое собачье дело, чем я планирую заниматься!

Зря она так сказала, ох зря.

— Да как скажешь, ты же здесь хозяйка…- я начал медленно приподниматься из объятий удобного кресла, как вдруг упал обратно: — Скажи пожалуйста, ты, когда аренду за этот кабинет платила, какого числа?

— Какую аренду? — шагнувшая к столу, чтобы поторопить меня, адвокат, даже не поняла, о чем я спросил.

— Арендную плату вот за это помещение. — я обвел руками стены с приятными, бежевыми обоями, не чета тем, которыми были оклеены стены моего жилища: — По каким числам ты арендную плату вносишь?

— Ни по каким. — Адвокат уставилась на меня, как на идиота: — Ты что? Опять провалы в памяти начались?

— Да нет. У меня с памятью всё в порядке. Я помню, что арендная плата вносится на расчетный счет владельца здания до тридцатого числа месяца, предшествующего отчетному, потому что я, каждый месяц директору завода приношу платежку и прошу не затягивать с внесением денег, а вот ты, по-видимому, кое что забыла, и я вынужден тебе напомнить, что мне, в принципе, от тебя ничего не надо. А тебе?

Софья несколько секунд стояла без движения, ошеломленно хлопая, густо накрашенными, ресницами, после чего всхлипнула и сорвав с вешалки пальто с меховым воротником, начала судорожно одеваться. Вытащив из застекленного шкафа несколько папок, девушка, гулко стуча каблуками сапог, побежала по коридору.

Через пару минут, когда я наливал себе чай из электрочайника, одновременно обдумывая, стоит ли менять личинку замка на входной двери кабинета, или у Софьи хватит порядочности не приходить сюда в мое отсутствие, гулкие и быстрые шаги загремели с новой силой. Я успел нахмуриться, когда дверь с грохотом распахнулась, и возникшая на пороге адвокат со злостью бросила в меня ключом на проволочном кольце с биркой.

— Подавись, сволочь!

Интересно, на что Соня рассчитывала? Что она будет срывать нам мне свое плохое настроение, пользуясь бесплатно помещением, которое предоставил ей я? Бедная. Бедная девица, и это она еще не знает, что я делаю все, для того. чтобы ее клиента лишили право на трансформаторную подстанцию, правда, не сейчас, а через несколько месяцев, никак не раньше.