Бегущего меня Олег заметил не сразу, не ожидая никакого подвоха со стороны унылого, безжизненного огорода, или что там росло под снегом у хозяев местного особняка? Торопливо подойдя к машине и взявшись рукой за скобу в кабине, чтобы рывком забросить в салон свои искалеченные ноги, Олег Князев, очевидно услышал хруст, сминаемого моими, окоченевшими ногами, наста, поднял глаза и встретился со мной взглядом. Единственное, что он успел сделать — это поднять руку к карману, после чего длинная очередь из пистолета — пулемета перечеркнула его тело и многогрешную жизнь, на этот раз навсегда.

За забором тарахтел, троящий двигатель «УАЗика» и стояла тишина, в тонком металле ворот виднелись несколько дырок от девятимиллиметровых пуль, разминувшихся с телом беглого капитана. Я открыл заднюю дверь джипа и встретился взглядом с, лежащей на каком-то тряпье, Наташи.

— Лежи, не вставай пару минут, а то можно под выстрелы попасть. — надеюсь, что она меня услышала и поняла, и не будет сейчас дергаться пока я буду сдаваться в руки родной милиции.

— Милиция, слышите меня? — ворота уже отъехали в сторону, путь был свободен. К моему облегчению, в створе ворот не валялось, зацепленное моим «friendly fire» тело участкового, пятен крови и следов волочения перед воротами я тоже не видел.

— Милиция! — громче крикнул я, так как ответа не услышал: — Я свой, коллега из Дорожного РОВД, сейчас застрелил мужика, что перед вами комедию ломал и хозяином претворялся. Я сейчас выхожу с поднятыми руками, держа в руках удостоверение. Автомат и табельный пистолет оставляю на капоте джипа, что стоит перед воротами. Услышали меня?

— Выходи! — кто-то, невидимый мне, от волнения дал петуха, и я пошел, сложив оружие на капоте и подняв руки с раскрытым удостоверением.

Ожидаемо, милиционеры, лейтенант и старшина укрылись за металлической будкой ободранного вездехода с синей полосой поперек белого борта, направив на меня один «Макаров» на двоих — водитель, судя по всему, уже разоружился, готовясь к сдаче смены. Стоило мне остановится, участковый бросился ко мне, замерев за моей спиной и, с силой, уперев ствол пистолета мне в затылок. Замершую в нетерпении, тупоголовую пулю, приготовившуюся покинуть хромированный ствол оружия, я чувствовал каждой клеточкой своего организма.

— Еб… — водитель видимо добежал до лежащего на снегу тела Князя и его замутило.

— Хорош рыгать! Оружие его возьми и иди сюда.

— Сейчас. — водитель прибежал и встал передо мной, воинственно направив пистолет — пулемет на нас с участковым. Рукоятка моего пистолета торчала из кармана черного милицейского тулупа. Если бы я не знал, что я отстрелялся до упора, пока затвор «Кедра» не встал на затворную задержку, я бы, конечно, нервничал.