Мы выбрали маршрут, который имплантат назвал «вероятностно безопасным». Красиво сказано: по сути — щель между потоками, где обломки двигались медленнее, а поля были слабее. Но тем не менее, мы удалялись от аномалии, благодаря которой оказались здесь.

Я снова погрузился в управление по связке — симбиот, имплантат, трофейный контур.

— Ладно, пошли дальше, — сказал я тихо.

Корабль ответил лёгким гулом, будто вздохнул. И мы двинулись. Управляя кораблем, я не забывал смотреть по сторонам, не переставая поражаться масштабом свалки. Слева прошёл фрагмент корпуса — огромный, с разорванными ребрами. На нём ещё мигали остатки сигналов, как нервные окончания у мёртвого тела. Справа медленно вращалась секция дока, и по ней ползла тонкая синяя дуга — остаточное поле пыталось восстановить структуру. Безуспешно, но упрямо.

— У меня ощущение, что это место пытается… жить, — тихо сказала Кира.

— Не жить, — поправил Баха. — Работать. Оно не понимает, что умерло.

Я молчал. Потому что чувствовал то же самое — на уровне симбиота. Нити. Пульсации. Как будто свалка — это огромный, полуспящий механизм, который периодически проверяет: «что у меня ещё осталось?».

Мы двигались так долго, почти два часа, когда имплантат резко выбросил предупреждение:

«Движущийся объект. Траектория не соответствует баллистике мусора. Вероятность активной системы: высокая». На визоре, вдалеке, появилась точка. Она двигалась слишком ровно. Слишком осмысленно.

— Это что? — спросила Кира.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но это не мусор.

— Командир… если это охотник СОЛМО…

— Тогда он нас уже видит, — тихо сказал я. — А если не видит — то мы не будем ему помогать.

Я перевёл корабль в режим «мёртвого дрейфа». Двигатели на минимуме, поля — в ноль, сигнатуры — сжаты. Мы стали не кораблём, а ещё одним обломком, который просто «так сложилось» движется по течению. Точка вдалеке приблизилась. Теперь уже видно было силуэт: вытянутый, с кольцевыми структурами, как будто кто-то собрал устройство из ребер и игл. Он не светился, не излучал — он слушал пространство.

— Он сканирует… — прошептал Баха.

— Не шепчи, — машинально буркнула Кира. — Он тебя всё равно не услышит.

Я не улыбнулся. Мне было не до этого. Вот очередная опасность этой свалки. Оказывается, тут есть активные механизмы СОЛМО! А может это преследователи, которые оказались тут, прыгнув за нами? Ответа не было…

«Сторож», как я про себя окрестил странный корабль, прошёл в нескольких километрах. На наших датчиках — едва заметное касание: волна, как холодная ладонь по корпусу.