— Однако, — удивлялся старлей, — и как тебе это удалось? Видимо действительно всё дело в чрезмерной нагрузке.

Естественно теперь я держал рот на замке, а то опять ляпнешь чего, и снова пожалуйте бриться, поэтому делал вид, что ничего особенного не произошло, а результат закономерен.

А вот дальше всё пошло не по намеченному плану, все дело в том, что попал я в 39-й Ленинаканский пограничный отряд, а там в отличии от моей истории, строительство Ахурянского (Арпачайского) водохранилища началось на несколько лет раньше, поэтому размещение застав должно было переноситься несколько раз в зависимости от того как быстро будет меняться береговая линия. Но и это было только часть проблемы, всё дело в том, что заграждения, которые существовали раньше вдоль реки, в соответствии с договорённостью с Турцией были демонтированы, а на новых местах, по старой советской традиции еще конь не валялся и когда приступят к работам непонятно. Поэтому и охрана границы в этом месте должна была вестись с помощью постов наблюдений и секретами. Еще планировалось использовать патрули с собачками, но надежды на них было мало, так как нарушители границ активно использовали различные пахучие смеси, которые начисто отбивали нюх у собак. Так что основная нагрузка по охране границы в ночное время должна была лечь на личный состав застав, а для этого требовалось резко увеличить их численность. Вот в такой замес мне и посчастливилось попасть.

Ну и естественно жить нам спокойно турецкая сторона не давала, обнаружив огромную брешь в границе, мимо этих многострадальных застав хлынул поток контрабандистов, как с той, так и с другой стороны. Вроде бы, то, что есть контрабандисты со стороны Турции понятно, они такими уродились, и везут к нам с Запада всякую дешёвую бижутерию, как к индейцам во времена покорения Америки. А продают всё за рубли, которые, оказывается, в Турции очень ценятся, так как обменный курс их сильно завышен, по отношению к доллару. А вот у нас откуда такая напасть взялась?

— Фотоаппараты, объективы, бинокли, последнее время часы электронные, карманные радиоприёмники, — разъяснил мне ассортимент контрабандных товаров лейтенант Крапивин.

— Не понял, — удивился я, — получается, наши фотоаппараты ценятся в Турции?

— В самой Турции потребителей этих изделий мало, — пожимает плечами лейтенант, — в основном их переправляют в Европу.

— Интересно получается, — хмыкнул я, — вместо того, чтобы продавать через Внешторг, наши дельцы проталкивают товар контрабандой?

— Ты забываешь про запретительные пошлины, — просветил меня Крапивин, — пока все эти сложные в техническом плане изделия импортировались к нам, никто о пошлинах не задумывался. Но как только поток товаров поменял направление, Европа сразу отгородилась от нас пошлинами, причём пошлинами очень высокими до сорока процентов.