— Зачем два, — ухмыляюсь я, — процессоры у нас очень надёжные, одного запасного за глаза. К тому же, четыре процессора в одну обвязку я запихнуть могу, а пять это уже перебор.

— Ладно, — вдруг соглашается он, — пусть будет четыре, но функции управления они должны брать на себя все.

— Да, в общем-то, они будут все подключаться к различным шинам, им без разницы, на какой сидеть. Просто четыре ещё вписываются в мою схему, а пять уже нет.

— Жаль, — вздыхает Летник, — я думал, там ограничений нет.

— Есть, — отвечаю я, — поэтому и такие ограничения. Потом, когда будут шестнадцати разрядные кристаллы там торчать, тогда и любое количество на шины садить можно будет, а так только четыре.

— Тогда чего мы торопимся, — удивляется он, — времени достаточно, может быть тогда замутим процессор на шестнадцать разрядов?

— Не получится, — начинаю объяснять ему подоплёку событий, — вы же видели, мы их не просто сделали, мы их дополнительными ячейками обложили, они размером у нас вчетверо больше чем обычные гражданские процессоры. К тому же там подложка из сапфира, и затворы из хай-кей (диоксид циркония или гафния) сделаны, и кое-где арсенид галлия примешан, чтобы нормально работали. Поэтому и время на разработку не то, что у наших машин, придёт время, разберёмся, а сегодня не получится.

— А если её запустить там, на Марсе, тогда и требований таких выставлять не надо.

— Ну, это уже ваши проблемы, — развожу руки, — тут вы нам должны сказать, будет она работать или нет.

— Нет, это слишком рискованно, — после некоторого раздумья выдаёт он, — там нет магнитного поля, следовательно, заряженные частицы проникают на поверхность.

— Так что, делаем? — Мне интересно, как он это дело обыграет.

— А куда мы денемся, — сдаётся Николай, — вопрос только в том, как мы эти данные оттуда доставим, задача наводки антенн на спутник не совсем тривиальна.

— А, — отмахиваюсь я, — эта задача не ваша забота, при наличии процессоров она легко решается, главное чтобы спутник был и держал связь с землёй.

— Ну, это мы сможем обеспечить, может быть даже с ретрансляцией сигнала.

— С ретрансляцией через что? — Напрягся я.

— Через Венеру.

— Нет, это пока фантастика, — тут же сдуваюсь, — там задержка сигнала будет конская, управление не получится, так что придётся дедовским способом, через прямую видимость.

— Через корону Солнца не получится, — сразу засопел Летник, — там помехи будут такие, что сигнал различить не сможем.

— Значит полгода придётся быть без связи. — Подвёл я итог.

В результате родился документ о намерениях, где мы взяли на себя обязательства по созданию системы управления марсоходом. Взяли не просто так, учитывая сложность задачи, окупили работу двух лабораторий, которые надо еще создать, управление связью очень сложное получается, там одним алгоритмом не отделаешься. Ну и само управление марсоходом, там тоже придётся подумать, уж слишком много устройств нуждается в управлении, а те системы, которые используются сейчас, никуда не годятся, как бы не попасть как кур в ощип.