Хотя, если только в качестве давления на фирмы, чтобы они побольше нервничали, это возможно. Интересно, что ко всей нашей катавасии захотели присоединиться и немцы, они как нормальные люди купили оборудование, получили технологии и принялись ваять. Но у них пока ничего не получается, ибо оборудование они покупали не то, что нужно, а то что было, и естественно оно было всё устаревшее, на целое поколение отставшее. Но немцы ничуть не смутились, они быстро заняли нишу производства для радиолюбителей и стали гнать свою продукцию, потихоньку подбираясь к нам, вот уже и степпер из Мурома закупили. Должен сказать, что Муромский степпер не лучший выбор для производства микро техники, но другие пока недоступны. Ладно, возятся в своей песочнице, и пусть себе, может быть сами степпер производить будут.

Да, кстати, лампочки из наших светодиодов вдруг оказались очень востребованы, сначала ламповые заводы несильно беспокоились, ну что там эти электронщики сделают, ведь их лампы в десятки раз дороже. Но тут уже другой разговор шёл, тут не на цену лампочек для фонариков надо было смотреть, а на цену батареек, ведь именно батарейки и аккумуляторы были расходной частью фонариков, а их цена была на порядок дороже. Когда они забили тревогу, оказалось поздно, магазины уже были насыщены этими светодиодными лампами, и принимать на реализацию лампочки накаливания они отказались, вот и встали заводы в середине лета, хорошо еще в министерство вовремя с ориентировались, но вопрос перепрофилирования заводов остался. Так и повелось, хочешь, чтобы твой фонарик долго и ярко светил, покупай светодиоды, а нет, значит нет. Тут и армия подтянулась, они вместо керосинок в качестве света стали использовать аккумуляторные фонари со светодиодами, оказалось, что керосин стоит дороже. Транспорт у нас ещё не охвачен, но тут мы не торопимся, ибо на автомобилях света хватает, и там пока лампочки накаливания доминируют.

— Что там твой процессор, — встретил меня вопросом Кошелев, вот ведь неймётся человеку.

— Нормально всё, тестирование прошли, сейчас на машину ставить будем, — отвечаю ему, — когда будем анонсирование делать?

— С анонсированием пока погодим, — осаживает он меня, — мы тут подумали и решили пока тридцати двух битный процессор на Европу не выставлять.

— Вот тебе и раз, — озадаченно чешу свой затылок, — с чего бы это так гнали, а теперь стоп.

— Ага, стоп, — подтверждает он мои слова, — мы тут прикинули с Шокиным и пришли к мнению, что пока эта машина на зарубежных рынках не нужна.

— Почему, — задаю я законный вопрос.