— Кстати, насчёт памяти, — тут же спохватился я, — пора нам на магниторезистивную память переходить. Время идет, а у нас вся память загружаемая, пора нам делать не загружаемые компьютеры, не ждать пока ЭВМ с диска загрузится.

— Думаешь? — Задумался Кошелев. — А то ведь чёрт его знает, до чего мы тогда дойдём, а так загрузил систему заново и никаких тебе забот. Ты же сам говорил, что есть такие программы, которые как вирус себя ведут.

Ага, есть такое дело, подсунул я одну программку, которая начинает компьютер весить. Но это всё в рамках борьбы с чужими поделками, ведь что удумали, например в Оливетти. Покупают наш процессор, память и лепят свои поделки, да ладно бы что-то своё придумали, так ведь нет, полностью передрали наши микросхемы, в частности управления портами и за своё выдают. Пока это всё на восьмибитниках работает, но потом-то и на шестнадцати разрядные так перейдут. Вот мы им и подкинули вирус, который только на их машинах проявляется, причём модуль шифрования тела вируса так сделали, чтобы он каждый раз по разному шифровался, не выловишь его по одному алгоритму. Но об этом никому, я даже сам себе не признаюсь, а то вдруг появится такой гений, да вытащит этот вирус на свет божий, а там проверка на один адресок стоит, сразу станет понятно, кто это сделал.

Так вот, резистивную память мы планировали ввести в качестве буфера на новые мини ЭВМ, и она должна была быть равна памяти оперативной, ибо при загрузке можно было начинать задачу не сначала, а именно с той точки, на которой она была остановлена. Дороговато, но за лишние пятьсот рублей, мы получали полностью защищённую машину, её данные в случае пропадания электричества успевали записаться на магниторезистивную память. Ну и выпустить отдельную память тут сам бог велел, по типу CD. Правда там разъём был не на восемь контактов, а на все двенадцать, но тут по-другому и не получается, порт на восемь бит, это значит, что нужно четыре бита дополнительно на управление. А может быть зря я так, перейти на последовательный интерфейс, и можно тогда обойтись четырьмя разъёмами, как на USB? Ладно, это тоже сделаю, но позднее, а то меня заколебали эти отдельные разъёмы, на принтеры, мыши и трекболы.

А вот что мы ещё сделали, так это мышь «белую». Белой она у нас получилась из-за белой пластмассы, которая пошла на её корпус для изготовления, а трекбол у нас появился чёрным, по цвету клавиатуры. И так получилось, что сначала все перешли на трекбол, ведь крутить шарик куда удобней, чем елозить мышью по коврику, но были и те, кому мышью было работать сподручней. При этом им приходилось часто шарик отмывать от того, что на коврике было, ну так от этого и трекбол не был застрахован. Кстати говоря, трекболами мы и озаботились при выпуске августовской партии шестнадцатой Эврики. Поначалу за рубежом приняли нашу идею в штыки, и затребовали заменить клавиатуры с трекболом на обычные, мол, есть клавиши управления на клавиатуре и этого достаточно. Но прошло два месяца, и эти трекболы потребовались во всё возрастающем количестве, причём мыши почему-то не прижились совсем, удивительны твои дела Господи. А ведь ещё будет touchpad, он у нас на будущее записан, когда ноутбуки пойдут, но это будет не скоро, так как до плоских экранов надо будет ещё дожить.