— Да, догоняют, — поджал губы руководитель, — но в следующем году в МИЭТ обещают диск ёмкостью на восемьдесят мегабайт?

— Это будет лабораторный образец, но сами понимаете, что осваивать в производстве будут еще года полтора, если не два. Так что есть за что переживать.

На этом бы и закончить этот разговор, но не получилось, в октябре этого 1974 года в иностранной прессе появилась публикация о том, что компания Hewlett-Packard (HP) анонсировала создание накопителей на магнитных дисках ёмкостью десять мегабайт и размеры его оказались ничуть не больше наших носителей информации. Казалось бы, ну и что, выпустили и пусть радуются, у нас на подходе сорока мегабайтные накопители. А вот и нет, всё дело в политике США, они фактически поставили запрет на нашу продукцию и пока туда наши поделки поступают тоненьким ручейком благодаря европейским перепродажам. Но потребность в дисковых накопителях никуда не делась, поэтому компания, которая никогда не занималась таким производством, быстренько сориентировалась и купила одну из лабораторий, которая и давно проектировала подобные устройства. Вот эта лаборатория и решила воспользоваться заимствованием идей с нашей продукции, и это у них получилось. Правда, они не смогли обеспечить соответствующую плотность записи на диски, но лиха беда начало, скоро подтянутся, тем более финансирование благодаря протекции им обеспечено.

Вот ведь нежданно-негаданно, на ровном месте получили дичайшую конкуренцию, а что конкуренция будет, тут к бабке идти не надо, в США на разработки совсем другие деньги отпускаются. Хотя, не факт, это мы скакнули, как принято сейчас говорить из феодализма в социализм, минуя стадию исследований, а им придётся всё это повторять, так что неизвестно как оно получится. Тем более удивили нас и производственники, они всё же сумели вывернуться и освоили этап изготовление качественных «блинчиков», что нас очень даже удивило. Хорошо бы так и дальше, но тут вынужден признать, успехи производства в таких случаях у нас скорее исключение из правил.

— Как бы то ни было, — вздохнул Кошелев, — а мы пока их опережаем, и надо сделать всё, чтобы так было и впредь. Как у тебя продвигается тридцати двух битный процессор?

— Никак, — отмахиваюсь я, — в лучшем случае через два года выдадим схему.

— Почему?

— Там всё сложно, — тяжело вздыхаю, — группу набрал, ребята хорошие, но не тянут они пока.

— Так может быть к ним кого-нибудь подключить? — Выдал идею Кошелев.

— Не получится, — тут же отфутболил его идею, — должен определённый срок пройти, чтобы они идею обкатали.