«Высше-магическая императорская гимназия Карафуто», — подсказала Альбина.

— Карафуто, — буркнул Гэндзи.

— Да, своей целью как наставника вашей команды в школе Карафуто она заявила мне желание превратить нашу вражду в соперничество. Как задачу минимум.

— Мне она говорил то же самое.

— И ты согласился?

— Да.

— Зачем тогда на меня кинулся? Передумал?

— Нет. Не справился с эмоциями. Когда ты засмеялся…

— Я не над тобой смеялся.

Глаза Гэндзи сверкнули, я в ответ поднял руки, обратив ему открытые ладони.

— Да силой клянусь, анекдот вспомнил не вовремя! Ты же понимаешь, какое тут место…

Во взгляде парня мелькнуло недоумение.

— Понимаешь же, да? — спросил я, уже догадываясь, что не понимает.

— Что я должен понимать?

— Аура здесь тяжелая, мысли путаются. У тебя, похоже, к этому иммунитет.

— Может быть, — пожал он плечами.

— Короче. Твое решение.

— Я готов участвовать в смертельном матче, чтобы потом дождаться возвращение в этот мир Надежды-сама. И после этого мы сможем решить наш с тобой вопрос.

Закатив глаза, я вздохнул. Была бы моя воля, отправил бы его подальше отсюда и забыл. Но тут в деле сильное шаманство Надежды, без явных условий, поэтому не могу. Но вот этот вот разговор о «нашем вопросе» желательно бы прекратить.

— Во-первых, дружище, никакого «нашего с тобой вопроса» просто нет. Когда мы с тобой пересеклись в школе, после чего мне пришлось бежать из Японии, мне было очень мало лет. Я бы тебя даже не запомнил, так — рядовой эпизод в калейдоскопе постоянной травли. А что ты на меня так смотришь? — удивился я его удивлению. — Это для тебя происходящее шоком стало, а я в такой жести каждый день жил, и тебе стоит просто подумать и вспомнить что было, чтобы понять, что я прав. Так что эпизод с тобой я бы и не запомнил, если бы из страны не пришлось бежать после этого… У меня таких разборок до этого было на любой вкус и цвет. Это для тебя памятное событие, потому что тебе дали задание меня провоцировать каждый день, и ты с заданием справился слишком уж хорошо. И это меня каждый день травили в школе, а не тебя. И да, если бы меня из страны не выгнали, кто знает, как оно бы все повернулось? Может быть сейчас я испытывал к тебе ненависть и пытался за тобой гоняться, чтобы отомстить. Но кроме того, «нашего с тобой вопроса» для меня нет еще по одной причине: сейчас у меня вообще памяти нет. Я ее потерял во время ритуала, когда чуть было не погиб вместе с сестрой…

При этих словах глаза Гэндзи едва заметно расширились. Надо же, как упоминание Наоми на него подействовало. А вот это интересно — так что я на ходу сменил вектор развития беседы, озвучив совсем не то, что только что хотел сказать.