Ика улыбнулся. Это была искренняя, радостная, почти детская улыбка.

71 год до Перехода.

Я стоял в кругу людей, которые пожирали меня глазами. Среди них были настоящие старики, но попадались и молодые. Все были одеты в однотонные рабочие комбинезоны.

У подножия каменных столбов было огромное количество техники: экскаваторы, бульдозеры, краны. Даже вертолёты и другие летательные аппараты, совсем уж диковинного вида. Сами столбы были в строительных лесах.

Мне почему-то было ужасно неловко. Как будто я вдруг стал цирковой диковиной.

— Ну же! — Катя толкнула меня в бок.

— Это странно очень, — тихо произнёс я, — ведь я уже его проявлял. Там, в будущем.

— Никто из этих людей не распространит это знание, — ответила она, — поэтому ты получишь возможность проявить его ещё раз. По-моему, всё просто.

Я сделал глубокий вдох. Потом вытянул вперёд руку и направил указательный палец на застывший челнок, расположившийся на каменных столбах плато Маньпупунёр.

Несколько десяток голов одновременно повернулись в ту сторону. «Вижу!!!» — раздался первый крик. За ним последовали другие.

Люди сразу потеряли ко мне интерес, разбежавшись по своим рабочим местам. Площадка наполнилась кипучей деятельностью.

— Всё равно это как-то странно… — сказал я.

— Гриша. Мы проговаривали это очень давно. Это сильно ускорит процесс. Не вижу проблемы. Что тебя гложет.

Я посмотрел ей в глаза. Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но осеклась.

— А… — всё-таки произнесла Катя, — ты об этом…

— Да. Как-то неправильно это.

— Гриша, во-первых, это действительно нужно. Через семьдесят лет мы, наша организация, должны достичь технологического максимума. Как минимум на уровне слоноголовых. Может, даже удастся выше прыгнуть. Знаешь, какая нетривиальная это задача — сохранить это всё в тайне?

— Знаешь, а я ведь сам когда-то смеялся над всеми этими нелепыми слухами о подземных промышленных кластерах на Урале, — я покачал головой, — и, кстати, что во-вторых?

— Конечно, смеялся. Потому что наши люди делают всё для нейтрализации утечек, — кивнула Катя, — а во-вторых — речь ведь идёт о тебе самом. Ты на это имеешь моральное право.

— Знаю, всё знаю я… но поделать ничего не могу. На душе тошно. Кстати, куда всё это денется? Это ведь станет туристической достопримечательностью!

— На сбор информации хватит три-четыре года, — ответила Катя, — внедрятся это всё будет в Уральском кластере. Основные предприятия расположены южнее. Если хочешь, мы можем прогуляться туда, я тебе всё покажу.

Я помедлил. Потом отвернулся от чужого шаттла и посмотрел на марсианский. Его никто, кроме нас не видел. Только сейчас обратил внимание, насколько марсианская машина меньше. У меня сердце защемило, когда я вспомнил, какую временную пропасть мы на нём преодолели.