– Ты избавился от этого синдрома?
– Не совсем. Чувство вины я в себе подавил, но желание изменить ситуацию Итана осталось. Я как будто взял на себя ответственность за его выздоровление.
– Наверное, это лишнее, учитывая, что он взрослый мужчина и единственный, кто может принять решение в данном вопросе.
– Ты права, но это все равно сидит где-то на подкорке.
– А чувство вины по поводу того, что случилось вечером?
– Нет. Я бы даже сказал, что я рад, что Итан нас застал.
Я повернула голову, чтобы посмотреть Заку в глаза, но в темноте ожидаемо ничего не рассмотрела, поэтому снова развернулась.
– Странное заявление, – произнесла я.
– Совсем нет. Если ты сложишь все, что я тебе сказал по этому поводу, то поймешь мои мотивы. Я хочу, чтобы он согласился на операции и реабилитацию, и готов идти к этому любыми путями. И если наш секс подстегнет его к этому, я буду рад.
– А если условием он выдвинет мое возвращение к нему? В смысле, скажет, что ты должен отказаться от меня.
– Нет, – тихонько рыкнул Зак.
– Но как же…
– Пусть ищет другие мотиваторы.
– То есть, если Итан позовет меня назад, ты не пустишь?
– Я готов делить тебя с другом, Райли. Но отказаться от тебя… нет, на это я точно не пойду.
Он крепче вжал меня в свое тело, а я продолжала пялиться в темноту. Сердце грохотало то ли от осознания моей нужности этому мужчине, то ли от боли и страха. А что я стала бы делать, если завтра Итан позвонит и скажет, что я должна вернуться без Зака и остаться с ним? Что, если таковым будет его условие согласия на реабилитацию? Была ли я готова отказаться от Зака ради выздоровления Итана?
Квартира у Зака роскошная. Огромная, с кучей комнат. Стильная и практически стерильная. Когда мы вошли, мне показалось, что вот-вот послышится эхо наших шагов, но ничего такого не было. Зак провел меня по квартире, показав каждое помещение, а потом завел в ванную в своей спальне и велел раздеваться, пока сам настраивал температуру воды.
– Если хочешь, можешь спать в гостевой, – сказал он, встав с бортика ванны и начав раздеваться. Мои пальцы на мгновение замерли на поясе джинсов. – Но я бы хотел, чтобы ты спала со мной. Обещаю, ничего не будет, пока ты сама этого не захочешь.
– Спасибо, – тихо ответила я, едва сдерживая слезы.
Мне было так адски больно от того, как грубо Итан прогнал меня. Но сильнее меня выворачивало наизнанку чувство вины. В словах Зака о том, что Итан не запрещал нам с ним спать вдвоем, была истина, но мне все равно оказалось тяжело принять ее. Я все время чувствовала себя отвратительно. Предательницей.